— Это же твои друзья? — подавив эмоции, оператор обратился к Рэйну, не отрывая взгляд от битвы.
— Один из них. Второго я недолюбливаю.
— Ясно. Что нам делать?
Хотя изначально Фоулк рассчитывал взять инициативу на себя, но сейчас его мысли немного спутались, так что он решил доверить планирование дальнейших шагов генералу. В общем-то, Рэйн не был против.
— Индицибус силен, а в паре с личем вряд ли уступит людям. По крайней мере, шанс очень низок… Но что-то я устал полагаться на предположения.
Достав из-за спины винтовку, Рэйн влил в нее немного маны и пошел вперед. Недолго думая, Фоулк отправился за ним. А вот ударные остались стоять на своем месте.
Через несколько метров генерал остановился и повернулся к Версу и его отряду, вопросительно приподняв бровь.
— Что-то не так, бойцы?
Услышав вопрос Рэйна, ударные переглянулись между собой, но никто не говорил, в чем же дело. Так что Версу пришлось высказать общее мнение его людей, вызвав на лицах присутствующих неоднозначную реакцию.
— Сэр… не сочтите за грубость, но не лучше ли нам вернуться в город?
— С чего вдруг такие предложения? Не знаю, может, ты не видишь в темноте, но сейчас двое наших людей противостоят огромной армии. Не знал, что ударные готовы бросить кого-то из Отвергнутых на произвол судьбы.
— Вздор, — Верс махнул рукой. — Мои люди и я готовы в любой момент прийти на помощь товарищам. И сейчас они погибают внутри городских стен.
Посмотрев на появившиеся внутри города столбы дыма, голос Верса слегка дрогнул.
— Мы уже десять минут не можем связаться со штабом. Враг проник глубоко в наш тыл и лишил нас глаз и ушей. И ведь именно там сейчас укрываются гражданские. Так скажите, какие у вас есть гарантии, что после победы над армией перед нами, мы вернемся не в разоренный город?
— Сержант, это же генерал… вам не стоит, — Дрозд потянул Верса за плечо, но Рэйн покачал головой.
— Все нормально. Я понимаю твою позицию, сержант, и не стану препятствовать. В конце концов, вам поручили защищать нас от атаки внутри города. Хотя ситуация изменилась, но я верю, что вы выложитесь на полную.
Показав большой палец, лицо Рэйна украсил свирепый оскал.
Вряд ли кто-то знал, что у генерала на уме, но он довольно быстро сдался. Верс точно был не готов к такому.
Разминувшись с генералом и оператором, сержант и его бойцы заговорили о случившемся.
— Сэр, это было безрассудно. Вы спорили с генералом. Вы хоть понимаете, что могло произойти, если бы на его месте оказался главнокомандующий или госпожа Бета?
Дрозд в привычной для себя манере заговорил про субординацию, но сейчас в строю не было того, кто мог бы упрекнуть его в излишней драматизации.
Говоря про главнокомандующего, он имел в виду Милию, чей изменчивый характер был известен на всю армию. Вряд ли бы она дошла до рукоприкладства, но за неподчинение она вполне могла отправить Верса на гауптвахту. Что касается Беты… в ее случае гауптвахта была бы самым легким наказанием.
Про Рэйна было известно не так много. Он не имел в управлении собственного батальона, но был прикомандирован к южным войскам в качестве зама Индицибуса. И он не так часто появлялся на собраниях, да и даже тогда, когда появлялся, особо не говорил. Но его ответ на замечание Верса превзошел все ожидания ударных.
— Но ему, кажется, было все равно, чем мы займемся.
— Нам это на руку. Я бы не хотел воевать против такой оравы.
— Верно. Еще и лич рядом. Аж мурашки пробежали.
Третий, Ай’Джи и Харт также высказались о произошедшем. Капрал, который шел со своим отрядом, согласно кивнул, но решил оставить слова при себе. Все остальные не показали никакой реакции — видимо, сейчас их больше беспокоил враг, чем такие мелочи, как спор со старшим по званию.
— Дрозд, я бы вряд ли обратил внимание на то, кто именно стоит передо мной. Цель любого бойца — предложить лучший вариант для победы своему командиру. Конечно, если бы даже после этого мне отдали приказ, то я бы выполнил его. Но в таком случае я бы понимал, что сделал все, что мог.
— Так все дело в снятии ответственности? Я думал, что вы готовы спасти своих братьев несмотря ни на что, а вы просто не хотите чувствовать вину, — один из бойцов сделал неожиданное замечание, на что сразу получил косой взгляд со стороны отряда Верса.
Недовольство сержантом редко кто высказывал, особенно когда тот был рядом, но глупо отрицать реальность. За все время службы у Верса накопилось достаточно неприятелей среди таких же ударных, так что он уже не показывал никакой реакции на такие заявления. В отличие от его подчиненных.