Очень скоро борт завис, примерно, в десяти метрах над уровнем земли. Благодаря таким выкрутасам, Клейн уже и позабыл о страхе, что его обнаружат, ведь он гораздо выше этих летунов!
Мирно наблюдая за происходящим внизу, на него вдруг снизошло озарение. Вполне вероятно, что воздушное судно не будет участвовать в бою, а лишь обеспечит поддержку с воздуха. Оно даст наилучший обзор за операцией и предотвратит побег цели.
И тут, откуда ни возьмись, рядом со входом в кирпичное двухэтажное здание, появились три фигуры, облаченные в черные мантии. Человек, шедший впереди, был без шляпы, открывая свои короткие золотистокаштановые волосы и темно-зеленые глаза, что походили, скорее, на гладкое озеро.
Воротник его куртки был высоко поднят, а руки облачены в элегантные, цвета крови, перчатки!
Серебристо-белый металлический чемоданчик был цепью обмотан вокруг его левой руки.
Это был один из девяти высокопоставленных Дьяконов Церкви Богини Вечной Ночи, Крестет Цезимир. Кроме того, он был одним из трех лидеров общества «Алая Перчатка».
Посмотрев прямо перед собой, Цезимир повернул голову вбок и приказал своему подчиненному:
— Доставай «1-63». — Да, Ваша Светлость. Ночной ястреб припал на колено и помог Цезимиру расцепить чемоданчик.
На протяжении всего процесса, мышцы Крестета Цезимира были очень напряжены, как будто он с чем-то боролся.
Ночной ястреб глубоко вздохнул и резко нажал на спуск, высвободив призрачную рябь наружу. Металлический чемоданчик треснул.
Ранее мерцающая дымка внезапно испарилась. Костяной меч, чуть меньше метра в длину, испускал блестящий, чистый свет, медленно плывущий в небеса.
К лезвию было прикреплено небольшое посеребрённое зеркальце. Сцены, отраженные в зеркале, накладывались друг на друга без конца.
Ночной Ястреб, следовавший по левую руку от Цезимира, взял в руки древнее зеркальце и направил его на общежитие.
Здание отчетливо в нем отражалось, казалось, ничего необычного не происходит. Однако, Цезимир медленно вздохнул и протянул костяной меч перед собой.
По лезвию пробежало еле заметное свечение.
— Войдем же внутрь, — он повел своих соратников вперед.
Трое ночных ястребов вошли в открытую дверь общежития и прошли вглубь неосвещенного коридора. Они поднялись по лестнице, ведущей на второй этаж.
Как тут, внезапно, в углу образовалась высоченная фигура. Она была одета в черную мантию священника, с головы вились светлые волосы, а из тьмы блестели звериные глаза. — Так вот ты какой «Меч Богини», — почти двухметровый гигант заговорил глубоким басом.
В одночасье он сжал свою правую ладонь. *Бах!* *Быщ!* *Бум!*
Мирно сопящие работяги, что отдыхали в этом небольшом общежитии, внезапно взорвались один за другим, даже не имея и секунды, чтобы вскрикнуть от боли.
Их тела разлетались на куски, обращая все вокруг в сцену безумного ночного кошмара. Половина окровавленных туш бросилась к «великану», чтобы сплести из липкого месиво магический щит. Другая половина сгустилась и налетела на Ночных Ястребов.
Крестет Цезимир лишь молча наблюдал за происходящим буйством, ничего не предпринимая в ответ.
Плоть вперемешку с кровью бесшумно расплескались и рухнули на пол, словно дождь, окрашивающий все в алые тона.
В каждой из комнат вновь образовались фигуры, все еще крепко спящие.
— Это зазеркалье, все что здесь происходит: иллюзии; бомбы из человеческой плоти всего лишь идиотский фокус, — Цезимир поднял священный костяной меч, выпуская яркий свет в разные стороны.
— Хм! — «Великан» вдруг схватил его за левое плечо и вырвал ему руку. Хлестким рывком он бросил ее в остальных.
*Бдыщ!*
Его рука взорвалась, словно настоящая бомба. Кровавая баня обрушилась на Ночных Ястребов.
Окровавленные лоскуты плоти безумно извивались на плече Цезимира. Но уже через мгновение, он отрастил себе новую руку, хоть и без кожи, но все еще покрытую кровью.
*Чмок!* *Чмок!* *Чмок!* *Вщих!*
Ало-красные капли точно избегали Цезимира и остальных. Они падали куда угодно: на пол, стены и окна — разъедая поверхности, оставляя за собой темные жженные следы — но точно увиливали от этой троицы.
— Моих врагов, обычно, удача обходит стороной, — уголки рта Цезимира поползли вверх, и, поскользнувшись, он мгновенно оказался перед Великаном.
Великаньи глаза сузились в бусинки, а тело обмякло, как потухающая свечка. Вязкое мясо растеклось клейкой живицей на деревянные доски. Цезимир стремительно опустился на колени и вонзил священный костяной меч в пол. — Нет!
В густой темноте мгновенно раздался рев, полный боли и ужаса. Вопль, сгоняющий типичную для подобного времени суток спокойствие и безмятежность.