Клейн не стал подниматься над серым туманом, чтобы разгадать «тайну закладки», а действовал именно так, как поступил бы человек, недавно описавший себя таинственной, могущественной незнакомке. В конце концов, он был лишь низкоуровневым Потусторонним и обычным частным детективом.
Богатое на события приключение у меня выдалось… И все ради кражи одной «аляповатой безделушки»… Да, благо я смог свалить все на мастер-ключ…
Клейн сделал себе самоуничижительное замечание и быстро заснул.
На утро, вдыхая удушливый смог, он медленно побрел домой, где забрал утреннюю прессу и письма из почтового ящика.
Открыв дверь своей квартиры, Клейн небрежно развернул одну из газет, где обнаружил ожидаемый им громкий заголовок:
«Двенадцатое убийство!»
«Дьявол вернулся. Полиция заявила, что напала на след убийцы!»
Что касалось кражи совершенной в Королевском музее, то ей было отведено лишь небольшое упоминание. В самой колонке даже не упоминалось, что конкретно было украдено.
Письмо без марки, пришедшее вместе с газетами, было счетом за воду, который Клейну надлежало выплатить в ближайшие сроки. Он взглянул на счет, и непринужденно швырнул его на кофейный столик. Затем он поднялся на второй этаж, чтобы набрать горячей воды для ванны.
Подождав, пока пар наполнит ванную комнату, он вышагал против часовой стрелки и вошел в пространство над серым туманом.
Внутри все такого же древнего дворца, Клейн сел на свое место и взял в руки закладку, с изображением императора Розеля.
А тебя было нелегко заполучить!
Он нежно погладил поверхность закладки и тихо вздохнул.
Глава 323. «Волшебное слово»
На первый взгляд, в закладке не было ничего необычного.
Клейн несколько раз внимательно повертел закладку в руках и обнаружил крошечный прокол, тем самым подтвердив, что это та самая закладка, которую проверяла Мисс Справедливость.
Он попытался пустить в нее свою Духовную Силу, однако, как и в случае с обычными предметами, Духовная Сила лишь стекала мимо, не вызывая никаких аномальных явлений.
А ведь, Розель был обречен и надеялся отыскать хоть кого-то, необязательно Потустороннего…
Клейн на мгновение задумался и тихо произнес на фейсаке:
— Король Пиратов.
Закладка по-прежнему не реагировала.
Он снова и снова пробовал, глася на фейсаке, интисе и лоенском, но результат был все тем же.
Что касалось Йотуна, эльфийского, драконьего и других необычных языков — Клейн мог попробовать произносить необходимую фразу и на них, но особо не надеясь на результат, ибо языки эти были непопулярны и редки в использовании.
Вне всяких сомнений, Клейн терпел неудачу.
— Ван Пис! — вскрикнул новый владелец закладки, но та преспокойно лежала на ладони, не показывая никаких признаков жизни.
Похоже, я ошибся. Юный Розель мог в шутку использовать мем про «Короля Пиратов», и не обязательно ему было исполнять в жизнь свой шуточный план. Люди меняются, а главное, взрослеют…
Клейн, полный задумчивости, стучал пальцем по краю длинного бронзового стола, изо всех сил стараясь понять, как быть.
Через некоторое время, он достал ручку и лист бумаги, дабы записывать свой мыслительный процесс, во избежание какой-либо путаницы.
Делая богохульную карту, Розель явно был в маниакальном психозе и полном отчаянии. Что подтверждается его извращенным чувством юмора. «… А остальные будут обречены!» — как свидетельство его помешательства…
Поэтому, я почти уверен, что он действительно хотел, чтобы кто-то случайный обнаружил и оценил весь потенциал его богохульных карт.
В таком случае, метод раскрытия их потенциала не может быть каким-то сложным…
Розель уповал на удачное стечение обстоятельств. Ведь, как тут обойтись без извращенного чувства юмора, если весь твой план состоит в том, чтобы какой-то посторонний случайно произнес бесконтекстную фразу над обычной книжной закладкой, чтобы обрести невообразимую мощь!
Следуя этой логике, разные богохульные карты должны иметь разные отпирающие заклятия. Использовать одну и ту же фразу, для раскрытия всех богохульных карт, явно не в стиле Розеля.
Какое же заклятие для этой? Ну, первым можно исключить фразы и слова, повсеместно используемые в наше время.
Так… Розель был в упадке здравомыслия, во время создания этой богохульной карты, явно не желая с ней просто так расставаться. Может, мне удастся погрузиться в подобное состояние, представив, что я и есть Розель… Может, так я подберу нужные слова…