Аарон внимательно слушал Клейна, и, наконец, убежденно кивнул.
— Кажется, в этом действительно есть смысл. Наверное, чтобы Богиня услышала мои мольбы, сперва мне нужно обратиться к проводнику ее воли, к епископу.
Ну или к опытному Ночному Ястребу…
Мысленно добавил Клейн.
Он не собирался помогать Аарону с его невзгодой, ведь помимо поиска первопричины систематического невезения, также было необходимо проводить соответствующие ритуалы.
Даже игнорируя тот факт, что Клейн не знал никаких ритуалов для повышения удачи, он все равно бы не стал проводить каких-либо обрядов, ибо раскрывать свои потусторонние силы, особенно незнакомцу вроде Аарона, ему вовсе не хотелось.
Нам обоим будет лучше, если я расскажу о твоих проблемах Ночным Ястребам… Просто я не знаю, в странном мальчике ли проблема, или в тех картах таро… Впрочем, если всему виной карты, то я был бы не прочь ими обзавестись…
Клейн покачал головой, подавляя эмоции и легкий приступ жадности.
К тому времени, Аарон уже, казалось, принял взвешенное решение. Он посмотрел на Клейна и усмехнулся.
— Благодарю вас, Мистер Мориарти. Хоть вы и не спец в мистике, вы полагаетесь на железную логику, чем мне и помогли.
Да, куда уж мне…
Клейн молча улыбался и хлопал глазами.
— Прошу, зовите меня просто Шерлок.
С тех пор, как я выбыл из состава Ночных Ястребов, мои познания в мистике стали, несколько, разносторонни. С одной стороны, я постиг много тайн высших последовательностей и божеств, а с другой, мне под силу лишь какая-то базовая ритуальная магия… Из сложного я знаю про жертвенные обряды и ритуалы посвящения… Ну и пару-тройку чар…
Клейн горько вздохнул, ощутив острую потребность в новых знаниях.
…
После короткого послеобеденного сна, Клейн сел в общественный экипаж и направился в Цирк «Райс», что находился недалеко от реки Тассок, в Районе Шервуд.
В тот день не было никаких празднеств. Посетителей в цирке было немного, а клоуны, которые должны были развлекать посетителей, и вовсе были какими-то вялыми.
Пройдя мимо шатров прорицателя и гадалки, палатками, где продавали пироги и подавали горячительные напитки, Клейн набрел на небольшой театральный шатер.
На доске у входа было написано:
«В непраздничные и выходные дни: четыре спектакля за день, по часу на каждый».
Первое представление начиналось в два часа дня. Клейн пришел как раз вовремя.
Купив билет, Клейн, под радостные возгласы детей и взрослых, зашел под цветастый навес.
Тут же на сцену вышел укротитель зверей, что хлыстом бил по земле рядом со стоящим на месте черным медведем. Еще возле них лежал полосатый тигр, а поблизости с большой дикой кошкой сидел темный кучерявый бабуин.
*Хлысть!*
Дрессировщик хлестнул медведя по боку, а тот неуклюже перекатился.
— Продолжишь в том же духе, он даст тебе сдачи! — Закричал кто-то из первых рядов, тем самым вызвав смех среди горстки зрителей.
Наверняка, кто-то думал, что это какой-то новый способ развлечь посетителей, но точно не Клейн, ибо тот видел ауру дрессировщика, которого явно нервировали эти выкрики.
Клейн улыбнулся и тоже сел в первый ряд, почти не отводя взгляда от представления на сцене.
Когда он уселся на свободное место, откуда-то рядом вновь раздался крик:
— Этот тигр вот-вот откусит тебе башку, а бабуин вцепиться в тебя как в подушку!
Дрессировщик уже явно напрягся.
Это же… Почему я чувствую такое напряжение? Словно этот крикун предупреждает дрессировщика…
Клейн оглянулся через плечо на крикуна с первого ряда и увидел круглолицего мужчину лет тридцати.
Его голос кажется мне знакомым…
Глава 327. Встреча на дороге.
Под шатром Цирка «Райс».
Для опытного провидца не составляло труда вспомнить что-либо, особенно когда его мучала навязчивая идея.
Клейн поправил очки, откинулся назад и принялся что-то почти беззвучно бормотать.
Вскоре, закрыв глаза на десять секунд, он быстро уснул и получил «нужное видение».
Это была темная комната, с одной горевшей свечой на небольшом столике. Люди, сидевшие вокруг мерцающего огонька, были одеты в черные балахоны, а с их лиц свисали железные маски.
Помассировав переносицу, Клейн распахнул глаза и продолжил наблюдать за укрощением зверя.
Клейну было очевидным то, что его сон был о собрании потусторонних, организованном Оком Мудрости.
На тех собраниях также бывал пухлолицый аптекарь, что нередко сыпал неуместными шуточками. Хоть он и создавал впечатление добросердечного парня, порой, его так и хотелось поколотить.