Пока Майк делал заказ, состоявший из тушеной говядины, картофельного пюре и кофе, Клейн огляделся в поисках местечка у окна.
В тот момент он увидел знакомое лицо, а именно мужчину, с которым он познакомился, притворяясь журналистом.
Что он здесь сделает?
— Кажется, у вас есть респондент, — обернувшись к Майку произнес Клейн, а затем поставил свою чашку на стол, за которым сидел бродяга.
Мужчина был все также одет. Толстая засаленная куртка пованивала, а с его седые, лоснящиеся волосы жирно блестели. Однако, он не был так изможден, как в первую встречу их встречу.
— Доброго утра. Вот мы и снова встретились.
Клейн сел напротив и заметил, что завтрак бродяги состоял из краюхи черного хлеба и большой чашки дешевого чая.
— Господин репортер, неужели это вы? — С приятным удивлением в голосе вопросил пожилой мужчина.
— … Хе-хе. Это мой коллега и он хочет провести еще более глубокое расследование, по нашему предыдущему интервью.
Майк, будучи опытным в подобных делах, ничего не говорил и лишь с улыбкой кивал.
— Так, значится, вы действительно репортер! Что, кстати, не мешает вам быть добрым человеком.
— Как поживаете? — Улыбнувшись спросил Клейн.
Старик отпил чаю и ответил:
— Благодаря вам, в тот день я как следует наелся и был полон сил. Поначалу, я хотел вернуться на прежнее место — в обувную мастерскую — но меня не взяли. Мол, руки мои сильно тряслись…
Он опустил голову и усмехнулся.
— Позже я спустился в доки и нашел работенку там. Тяжелая, зараза, но уже хоть какие-то деньги. Снял себе койко-место в одном доме, всего за 6.5 пенсов в неделю. Правда, спать там я могу лишь по ночам. А сегодня меня вообще никуда не определили. Я поднял руку, прокричал свое имя, но прораб меня не выбрал, поэтому я пришел сюда. Днем еще раз попробую…
Клейн молча слушал и, время от времени, делал глотки дрянного кофе. Майк же, достав ручку с блокнотом, быстро делал пометки.
Глава 353. Превратности судьбы
— По правде говоря, — вздохнул с улыбкой мужчина, — сейчас намного лучше. Мне еще повезло…
Респондент пальцем, через окно, показал на бродяг, забившихся на углу улицы.
Клейн и Майк взглянули и увидели кучку ютящихся на земле бродяг, что кое-как укрывались от холодного ветра.
Возможно, им было не суждено пережить эту осень.
Только тогда Клейн смог разглядеть пожилую женщину лет шестидесяти, стоявшую на улице. Ее поношенное грязное платье выдавало в ней бездомную, но в общем она выглядела, относительно, опрятно.
У седовласой, коротко стриженной старушки был изможденный вид, но несмотря ни на что, она не сбивалась в кучку к остальным бродягам. Вместо этого, она медленно брела по тротуару, время от времени, бесцельно заглядывая в кафе.
— Жалко ее, — заметил со вздохом бывший бродяга, проглотивший последний кусок черного хлеба, — говорят, раньше у нее была достойная жизнь. У нее, с ее мужем, торговцем зерна, был непоседливый ребенок. Но случилась беда, и после банкротства ее мужа, тот с горя скончался, а ребенок ушел вслед за ним. Она действительно… Не такая, как мы, и это очевидно. Эх, она не протянет долго на улице. Ей повезет, если ее впустят в работный дом.
Пока Клейн внимательно слушал, Майк переменился в лице. Ставшись мрачным, он медленно вздохнул и произнес:
— Я хочу взять у нее интервью. Сможешь пригласить ее к нам? Здесь полно еды, пусть выбирает, что хочет.
Пожилой мужчина переглянулся с репортерами и сказал:
— Ха, вы и правда журналисты… Хорошо, уверен, она согласится, — допив чай, кивнул седой мужчина и вышел.
Вскоре, дверь в забегаловку открылась, и внутрь вошли старик и пожилая женщина в обветшалом, но красивом платье. Ее бледное лицо просветлело, благодаря теплу внутри кафе.
Ее тело тут же зашлось дрожью, как у бездомной кошки, что попала в теплые руки. Даже после того, как она села за стол, ей потребовалось несколько минут, чтобы наконец согреться.
— Заказывайте что угодно. В счет платы, за интервью, — произнес Клейн от лица Майка.
После кивка Майка, старушка поскромничала и заказала тосты и кофе с не самыми дорогими сливками.
Затем она улыбнулась и сказала:
— Я слышала, что нельзя есть жирную пищу после длительного голодания.
Очень вежливая и сдержанная, совсем непохожа не бродяжку… — молча заключил Клейн.
Еще до того, как ее заказ прибыл к столу, Майк, как бы невзначай, спросил:
— Вы сможете рассказать о том, как вы стали бездомной?
— Мой муж торговал зерном в Баклунде, скупая его у местных фермеров. До тех пор, пока не был введен Закон на Зерно. Он был далеко не молод. Эта неудача подкосила его. Вскоре он скончался.