Этот высокого роста зрелый мужчина с темно-синими глазами и растрепанными седыми волосами стоял спиной к двум мечам, висевшим на стене. На нем была обыкновенная льняная рубашка и коричневый сюртук. С виду было трудно поверить, что этот человек когда-то посвятил свою жизнь охоте на демонов.
— Деррик Берг, что привело тебя сюда? — Спросил Колиан низким голосом.
— Ваше Превосходительство, — начал Деррик, — сегодня на тренировочном поле я встретил разведывательную команду, которую послали в храм. Я… Я заметил, что Дарк Регент, которого я давно знаю, изменился. Он уже не такой веселый, как раньше, и улыбался он мне слишком уж вежливо, будто незнакомцу. Мне показалось, даже Старейшина Ловия как-то переменилась.
Колиан пристально взглянул на Деррика и тихо спросил:
— Только это?
— Да, — почти-что виновато опустил голову юноша. — Мне показалось это необычным.
— Я понимаю. Я попрошу Айлфора провести проверку. Ты можешь идти домой. В будущем просто сообщай о таких вещах дежурному стражу башни.
Айфлор был самым опытным психоаналитиком Города Серебра, который был ближе всего к шестой последовательности. Жаль, что после седьмой последовательности формулы для зелья в городе не было.
Получив такой ответ, Деррик помрачнев удалился.
Глядя в спину Деррика, когда тот скрылся за дверью кабинета, Колиан разочарованно вздохнул. Поговорив с Аароном об Уилле Осептине, Клейн вышел из вагона парового метро. Спустя несколько пересадок он прибыл на Минек-Стрит и через какое-то время вернулся домой.
Поскольку еще не стемнело, он погадал, чтобы убедиться, что ныне живущий на Далтон-Стрит, 66, мужчина, не лгал, а затем продолжил изучать Книгу тайн.
С тех самых пор, как Клейн получил эту таинственную книгу, он стал куда изящнее и эффективнее использовать таинственное пространство над серым туманом.
Сейчас меня ограничивает лишь моя низкая последовательность, вкупе с Духовной силой…
Уже поздним вечером Клейн припрятал Книгу тайн и направился в ванную комнату, готовясь ко сну.
В ту ночь он крепко спал. Даже утренний звон церковных колоколов не смог разбудить его.
Зима — лучшее время, чтобы оставаться в постели… — хмыкнул Клейн, а затем встал с кровати.
В качестве вознаграждения для «Героя-разбойника, Темного Императора», Клейн приготовил себе круто сваренное яйцо и клубничный джем, так хорошо сочетаемый с белым хлебом.
И как только он сел за стол, чтобы насладиться завтраком — раздался звонок в дверь.
— Разве я не говорил Майку прийти после завтрака? — Вытерев рот салфеткой, буркнул Клейн.
Согласно договору с Майком Джозефом, тот должен был прибыть только через полчаса после завтрака. Впрочем, Клейн полагал, что если репортер не явится к нему домой в оговоренное время, то ему бы предстояло провозиться с ним в Восточном районе весь День.
Не успел было Клейн потянуться к ручке, как в его сознании возник образ гостя. Это был не Майк Джозеф, а Аарон Церес.
— Доброго утра, Аарон. Вы вчера поздно уснули? — Заметил Клейн мешки под глазами у доктора.
Аарон снял шляпу, поставил свою трость и только было собирался снять свое пальто, как вдруг почувствовал, что у Клейна дома было очень холодно.
— Как вы помните, наверное, я должен буду скоро уехать с Майком по его делу, поэтому не стал разжигать камин.
Аарон молча кивнул и последовал за Клейном в гостиную.
— Шерлок, прошлой ночью мне приснился кошмар. Мне снился тот ребенок, Уилл Осептин!
Кошмар? Ну, это по моей части… Я куда лучше занимаюсь толкованием снов, чем сыскной деятельностью…
— Что-за кошмар? — Сложа руки спросил сыщик.
— Я не все запомнил. Но там была гигантская серебряная змея, обвивавшая высоченную, черную как смоль башню. Он медленно по ней ползал и взирал на меня своими ледяными, красными безжалостными глазами. Не знаю почему, но я пошел внутрь и поднявшись по лестнице, я то и дело спускался, а потом опять поднимался, проходя сквозь стены и запертые двери. Наконец, я наткнулся в темном углу на ребенка, на Уилла Осептина. Он кое-как пропрыгал возле меня на одной своей ноге и свернулся калачиком у стены, рядом с разбросанными картами таро. Когда он увидел меня, он, то ли испугался, то ли обрадовался, а затем вскрикнул: «Доктор! Аарон!». А затем я проснулся.
Клейн внимательно слушал, перед тем как спросить:
— Он сказал что-нибудь еще?
Аарон задумчиво нахмурился, а потом вдруг сказал:
— «Аарон, змея хочет съесть меня!». А затем с потолка нависла та серебряная змея и посмотрела прямо на меня… В ее бездонной пасти не было ни зубов, ни языка, лишь зияющая кроваво-красная пустота!