Что будет делать она одна в дремучих травяных джунглях? Как найдет дорогу домой, да и вернется ли она когда-нибудь обратно в такой большой, уютный мир?
Валя изловчилась, повернула голову и со злостью вцепилась зубами в упругую сильную лапу.
Лапа была твердая, гладкая, как полированное дерево. Валины зубы только скользнули по ней.
В ту же минуту цепкие клещи сжали бедную девочку еще сильнее. Бороться с чудовищем было бесполезно. Оно могло раздавить ее, как муху.
— Умру, — всхлипнула Валя, — умру, и никто не узнает даже, что я умерла.
Ей стало так жалко себя, что она заплакала навзрыд.
Потом и слезы высохли. Глаза стали сухими, будто из них выжали все до одной слезинки. Тогда Валя начала снова брыкаться и кричать:
— Пусти! Чего пристала? Я тебя трогаю, что ли? Пусти! Уйди! Отвяжись!
Но крылатое чудовище все летело и летело вперед, свистя своими жесткими, гремящими крыльями, которые шумели, как лесопильный завод.
Но вот скользящим полетом оно спустилось вниз, затрепетало в воздухе крыльями и, вытянув вперед лапы, в которых была зажата Валя, сунуло ее, будто в печку, в какую-то темную дыру.
Валя стукнулась головой обо что-то твердое и стремглав покатилась вниз, как по ледяной горке.
«Пропала я!» — мелькнуло в голове Вали.
От страха она закрыла глаза. И вдруг почувствовала, что ее снова подхватили какие-то лапы.
— Ой! — закричала Валя, отбиваясь руками и ногами.
Она в ужасе открыла глаза и увидела, что лапы, которые ее держат, вовсе не лапы, а руки старого профессора.
— Иван Гермогенович, это вы? — крикнула Валя.
— Я, Валечка, я! — ласково ответил профессор, опуская ее на покатый пол.
— И я тоже здесь! — услышала Валя голос Карика.
— А где же мы все? — спросила Валя.
— Ладно, ладно, потом разберемся, — сказал Иван Гермогенович, — мы все вместе, а это пока самое главное.
Валя растерянно оглянулась по сторонам.
В полумраке она увидела гладкие стены; они уходили крутым наклоном вверх.
Потолка не было. Сверху через широкое круглое отверстие падали бледные солнечные лучи. В полосах света плавала пыль.
Тюрьма, в которой очутились Валя, Карик и профессор, была похожа на длинный кувшин. Но только кувшин этот стоял не прямо, а косо, как будто, падая, он зацепился за что-то и повис в воздухе.
Валя глядела на темные стены, на Карика, на профессора.
Как попали сюда профессор и Карик? Кто посадил их в этот огромный кувшин? Неужели то самое чудовище, которое принесло сюда и ее, Валю?
Она стала расспрашивать их, но Иван Гермогенович перебил ее.
— После, после, — сказал он, хмуря брови, — теперь не время болтать. Если мы не выберемся сию минуту наверх, мы погибли. Ну-ка, ребята… Попробуем.
Профессор стал на четвереньки и медленно полез по отлогой, гладкой стене. За ним поползли ребята.
Подъем был трудный.
Руки и ноги скользили, точно по льду. Профессор почти добрался до края кувшина, но вдруг колени его дрогнули, ладони скользнули, и он с грохотом покатился обратно на дно, увлекая за собой ребят.
— Неудачно, — сказал он, поднимаясь на ноги. — Попробуем еще раз.
Путешественники снова полезли по гладкой стене. И снова скатились вниз.
— Попробуем еще!
Несколько раз пытались они подняться, но все усилия их были напрасны.
— Не вылезть отсюда, — грустно сказала Валя.
— Замолчи! — рассердился профессор.
Он смерил глазами расстояние от верха кувшина до пола, оглядел Карика с ног до головы и решительно сказал:
— А ну-ка, забирайся ко мне на плечи.
Карик подпрыгнул, как мячик, схватил профессора за шею и проворно вскарабкался к нему на плечи.
— Попробуй дотянуться до верху, — сказал Иван Гермогенович.
Карик потихоньку начал выпрямляться. Держась руками за стену, он выпрямил согнутые колени и наконец встал во весь рост.
— Теперь полезай на мои ладони! — сказал профессор, подставляя ему обе руки.
Карик поставил одну ногу, потом другую на ладонь профессора.
— Не упадешь? — спросил профессор.
— Не упаду!
Профессор поднатужился и, кряхтя, начал поднимать Карика вверх, точно тяжелую штангу.
— Есть! — крикнул Карик, хватаясь за неровные края кувшина.
— Прекрасно! Подтянись еще, еще выше!
Карик стал извиваться всем телом, подтягиваясь на руках, крепко упираясь пятками в ладони профессора.
— Ну, ну, ну! — подбодрял профессор.
Наконец Карик подпрыгнул и ловко сел верхом на край кувшина.
— Прекрасно! — сказал Иван Гермогенович. — Принимай теперь Валю.