— Что это? — побледнел Карик.
— Кажется, — тихо сказал профессор, — ее здесь схватили. Как видно, она сопротивлялась, но…
Профессор замолчал.
— Ее растерзали? — вскрикнул Карик.
— Не думаю, — сказал неуверенно Иван Гермогенович, — но ее потащили в нору.
— Для чего потащили?
— После об этом, а сейчас бежим скорее по следу. Кажется, я уже знаю, кто ее схватил. Бежим. Мы еще успеем.
Профессор и Карик помчались по следу.
Они бежали, удаляясь все дальше и дальше от рощи, где в желтом цветке осталась Валя.
Ветер поднял на холмах высокие столбы пыли, закружился, завертелся вокруг профессора и Карика, заметая на земле их легкие следы.
Глава четырнадцатая
Встреча с аммофилой. — Растение-хищник. — Любопытные разговоры в энотеровой роще. — Чудесные корзины. — Дождь мертвецов.
Роща давно уже скрылась за холмами.
Путешественники бежали теперь по широкой голой долине. Справа и слева от них поднимались, точно желтые стены, крутые песчаные горы.
Изредка по дороге попадались чахлые травяные деревья. Ветки на них были поломаны. Листья засыпаны песком.
— Она жива! — кричал Иван Гермогенович на бегу. — Видишь — она хваталась за кусты. Она боролась. Надо бежать как можно быстрее. Мы еще успеем. Вперед, Карик! Вперед, мой мальчик!
И они помчались еще быстрее.
— Вижу! Вижу! — вдруг закричал Карик. — Смотрите! Вон там, у деревьев. Вон они. Борются.
Чахлые травяные деревья раскачивались, как будто их кто-то сильно тряс.
— Это Валька! Отбивается! — проговорил хрипло Карик. — Скорей, Иван Гермогенович, скорей!
Профессор и Карик понеслись во весь дух. Но когда они добежали до редких деревьев, здесь уже никого не было.
Деревья были примяты к земле, ветви поломаны. Широкий след уходил куда-то дальше, в чащу травяных джунглей.
— Вперед! Она недалеко! — крикнул Иван Гермогенович и побежал по следу.
Заросли неожиданно кончились. Они бежали теперь по мертвым, сухим пескам. Вдруг профессор остановился. Карик чуть было не налетел на него с разбегу.
— Стой! — угрюмо сказал профессор.
— А что? — тихо спросил Карик.
Иван Гермогенович слегка подтолкнул Карика и протянул руку вперед.
Вдали, на желтых песках, мальчик увидел крылатое длинноногое животное, очень похожее на осу. Оно волокло по земле огромную желтую гусеницу. Гусеница была большая, толстая, в несколько раз больше осы. Она отчаянно сопротивлялась, но, как видно, не могла вырваться из цепких лап осы. Оса волочила гусеницу, оставляя на земле широкий след.
По этому-то следу бежали путешественники.
— Песочная оса-аммофила, — угрюмо буркнул Иван Гермогенович, — тащит к себе в нору озимого червя. Самого страшного вредителя хлебных и свекловичных полей… Ну, хорошо. Она тащит добычу для своего потомства, а нам-то какое до этого дело? Мы-то зачем бежим за ней?
Карик растерянно посмотрел на профессора.
— А как же теперь Валя? — спросил он.
— Надо вернуться, — сказал Иван Гермогенович, — далеко она не могла уйти. Нужно искать ее около бухты. А если не найдем до ночи, зажжем болотный газ. Валя увидит огонь и, конечно, догадается, что мы здесь. А если и не догадается, так все равно она пойдет на огонь.
Но Карик теперь уже плохо верил, что они найдут Валю.
«Пропала! Не найти! Ни за что не найти!» — думал он, шагая за профессором. И все стало ему как-то безразлично. Он хотел заплакать, но глаза были сухие. Карик тяжело вздохнул. И тут только почувствовал, как сильно устал.
Ноги его дрожали. Он спотыкался на каждом шагу. Во рту пересохло. Язык распух и горел, точно в огне. Сейчас Карик мог бы выпить залпом целое ведро ледяной воды, но вокруг лежали мертвые, сухие пески. В такой пустыне воды не найти.
«Хоть бы ручеек какой-нибудь, хоть бы лужица какая», — думал Карик, поглядывая по сторонам.
И вдруг у подножья желтого холма он увидел высокий голый ствол.
Ствол слегка покачивался на ветру.
Карик подошел поближе. Внизу под стволом лежали мясистые серо-зеленые листья.
Из листьев торчали, точно ресницы огромного глаза, полусогнутые, гибкие хлысты.
На конце каждой ресницы висели тяжелые серебристые капли.
— Роса! — крикнул Карик, бросаясь к этим странным листьям. — Идите. Я догоню вас. Я только попью росы.
Карик перепрыгнул через канаву.
— Стой! — закричал Иван Гермогенович. — Слышишь? Стой, Карик! Вернись сейчас же!
— Но если я хочу пить, — упрямо сказал Карик.