Иван Гермогенович забил в берег толстый кол, привязал к нему корабль волосяной веревкой.
— Вот теперь совсем хорошо!
Валя забралась по веревке на нос корабля и осколком раковины что-то начертила там.
— Ты что? — спросил профессор.
— Хочу назвать как-нибудь наш корабль! — сказала Валя.
— И как же ты решила назвать его?
— А вот смотрите!
Валя спрыгнула вниз. Профессор подошел ближе и, прищурив глаза, увидел на носу корабля крупные буквы: К А Р А Б У С.
— Неплохо! — одобрил профессор.
На другой день путешественники шили одежду из лепестков, а вечером профессор и Валя перекатывали бочки с медом на корабль.
Карик уже вставал. Он ходил, опираясь руками о стены пещеры, и все время пытался помогать профессору и Вале, но Иван Гермогенович останавливал его.
— Лежи, лежи, — ворчал профессор, — тебе еще день-два полежать нужно. Без тебя управимся.
Карика это очень огорчало, но спорить он не стал. Он лег на свою постель, повернулся лицом к стене и сделал вид, будто спит, а сам украдкой поглядывал на профессора и Валю.
«Ладно, — думал он, — уйдете, а я тут и без вас половину работы сделаю. Потом сами же мне спасибо скажете».
Лишь только профессор и Валя отошли от пещеры, он вскочил, схватил бочку и начал толкать ее к выходу.
Он уже выкатил ее из пещеры, но тут случилось несчастье. Под ногами Карика перевернулся круглый камень. Карик взмахнул руками и навалился на бочку всем телом. От сильного толчка бочка накренилась. Карик быстро схватил края бочки, но, потеряв равновесие, упал на землю.
Бочка грохнулась рядом с ним. Крышка откинулась. Густая медовая кашица поползла по земле.
Карик встал. Отряхиваясь от пыли, он растерянно смотрел на опрокинутую бочку.
Вот так помог!
Медовая лужа расползлась по земле, точно жидкое тесто. Карик отодвинулся в сторону, оглянулся, а затем, махнув безнадежно рукой, запрыгал на одной ноге к пещере.
Было уже совсем темно, когда вернулись профессор и Валя. Карик еще издали услышал их голоса. Он поспешно зарылся головой в волосяной матрац и притворился спящим.
— Ой, что это? — испуганно крикнула Валя, останавливаясь у самого входа в пещеру.
Карик заткнул уши пальцами и крепко-крепко зажмурил глаза.
— Ой, не могу идти! — крикнула Валя. — Мои ноги прилипли к земле!
Профессор бросился к ней на помощь, но лишь только подбежал к Вале, как и его ноги завязли в липкой медовой кашице.
— Что такое? — удивился профессор.
Увязая по щиколотку, он с трудом добрался до Вали и протянул ей руку.
— Давай!
Валя подала руку. Иван Гермогенович шагнул назад и потащил Валю к себе. Валя качнулась и чуть было не упала: ноги ее крепко завязли в густой медовой каше.
— Стойте! — закричала она. — Я совсем прилипла! Я как муха в варенье.
— Ничего, ничего, — бормотал профессор, отдуваясь.
Он с силой выдернул Валю из меда, поднял ее на руки и, с трудом переставляя ноги, побрел, шатаясь, к пещере.
Мед под ногами хлюпал, чавкал, вздыхал, как живой. Кашица приставала к ногам, точно тяжелая, липкая грязь.
Наконец профессор выбрался из лужи. Опустив Валю на землю перед входом в пещеру, он снял толстой палкой мед с ног и помог Вале почиститься.
— Эй, Карик! — крикнул профессор, заглядывая в пещеру. — Что такое здесь было?
Карик еще глубже зарылся в свой матрац.
Профессор и Валя молча переглянулись.
— Ну, ясно, — сказал Иван Гермогенович, входя в пещеру, — это уж, конечно, наш Карик постарался! И ведь не спит! Слышит все! Только стыдно ему посмотреть на нас. Эй, Карик!
Карик осторожно повернул голову и приоткрыл один глаз. И тут он увидел, что прямо на него смотрит Валя. Карик поспешно зажмурил глаз и очень громко захрапел.
— Спит! — засмеялась Валя.
Профессор покачал головой, но ничего не сказал. Путешественники легли спать.
Незадолго до рассвета Карик услышал сквозь сон какой-то шум около пещеры. Он поднялся с примятого матраца и подошел к входу. Сквозь щели между камнями он увидел площадку, слабо освещенную утренним светом.
На площадке перед пещерой ползали огромные крылатые животные. Карик узнал их. Это были мухи. Они суетились около лужи меда, толкались, с жужжанием взлетали вверх и снова опускались на мед. С каждой минутой мух становилось все больше и больше.
Сильный шум разбудил профессора и Валю. Профессор что-то сказал, но ребята не расслышали ни одного слова. Мухи жужжали так, что в ушах гудело, точно рядом гремели мощные моторы.