— Ничего. Добежим.
— Нет и нет, — замотала Валя головой. — Надо одеться.
Валя подняла с земли скомканную рубашку профессора и накинула ее на себя. Взглянув на сестру, Карик захохотал:
— Ну и чучело! Посмотри, на кого ты стала похожа.
Рубашка Ивана Гермогеновича доходила. Вале до самых пяток. Рукава свисали до колен. Но все-таки это была одежда.
Валя засучила рукава и подобрала рубашку, точно шлейф.
— А ты как? — спросила она у Карика, не обращая внимания на смех. — Надень и ты что-нибудь из вещей Ивана Гермогеновича.
Карику пришлось влезть в брюки профессора.
Он натянул их до самого горла.
— Очень прилично! — одобрила Валя.
Утопая в штанах, Карик сделал несколько шагов, споткнулся и упал. Хорошо, что он успел вовремя поднять руку, в которой держал профессора, а то бы, наверное, потерял или раздавил Ивана Гермогеновича.
— Подверни брюки! — посоветовала Валя, помогая брату подняться и справиться со штанами.
Карик так и сделал.
Наконец все сборы были кончены.
Карик взял сестру за руку, и оба, точно сговорившись, запели дружно:
За прудом, точно стрела, лежала асфальтовая дорога. Она вела в город.
Глава восемнадцатая
Неожиданное нападение. — Биология пригодилась. — Снова дома. — Волнения и радости профессора Енотова. — Нелепые слухи о слонах и мухах.
Был уже вечер, когда Карик и Валя вошли в темные улицы города.
В окнах домов светились желтые огоньки. Улицы были пустынны.
Где-то далеко впереди кричали ребята. Должно быть, они играли в казаков и разбойников.
Над темной зеленью сада «Вторая Пятилетка» стояли, как голубое зарево, отсветы электрического света. Там гремела музыка, скрипели качели; люди в саду шумели, смеялись; весело позванивали колокольчики, и призывно гудела труба.
— Гулянье в саду, — сказал, прислушиваясь, Карик, — значит, сегодня выходной день.
— А мы когда пропали? — спросила Валя.
— Давно уже.
— Недели две пропадали! — вздохнула Валя. — А почему-то кажется, что несколько лет.
Сад был недалеко от дома.
— Побежим давай! — предложила Валя.
— Давай!
Ребята весело помчались домой. Но лишь только пробежали несколько шагов, как из-под ворот большого серого дома выскочила лохматая, кривоногая собачонка с оборванным ухом. Задыхаясь от лая, она набросилась на Карика и Валю, норовя схватить их за ноги.
Карик запустил в нее камнем.
Собачонка взвизгнула и, поджав хвост, юркнула под ворота.
— Эй! — крикнул кто-то за воротами. — Это кто же нашего Тузика избивает?!
Ворота заскрипели.
На улицу выбежала толпа мальчишек.
Карик и Валя остановились.
Поддерживая одной рукой сползающие штаны и высоко поднимая над головой другую руку, в которой был зажат лист подорожника с профессором, Карик сказал:
— А пускай ваш Тузик не бросается на людей.
Ребята подошли ближе и плотно окружили Карика и Валю. Мальчишка в жилетке сунул руки в карманы по самые локти, лихо сплюнул и осмотрел их с ног до головы.
— Это кто же люди? — насмешливо спросил он. — Откуда такие люди взялись на нашей улице?
— Мы — путешественники! — робко сказала Валя.
Мальчишки захохотали.
— Она с мамкой на рынок путешествует! — крикнул один.
— Что ты, что ты, это же дочь того самого тюленя, который дрейфовал на одной льдине с Папаниным.
— Ничего подобного! Она под стол пешком путешествует.
Карик нахмурился.
— Ну-ка вы, — сказал он, выставляя одну ногу вперед, — пропустите нас, а не то…
— А что будет?
— Увидишь тогда!
Мальчишки начали дергать Валю за длинную рубашку, а Карика за широкие профессорские штаны.
— Перестаньте, пожалуйста! — захныкала Валя. — Нам домой нужно. Мы давно не были дома.
— А вы откуда? — спросил мальчишка в жилетке.
— А вам не все равно? — сказал Карик.
— Ясно — не все равно. У нас тут на огороде два чучела пропали: одно в рубахе, другое в штанах.
Мальчишки засмеялись.
— Эй, ребята, — крикнул один из них, — тащи их на огород, пускай ворон пугают!
— А ну, суньтесь! — храбро сказал Карик.
Он поднял руку с профессором высоко над головой, вытаращил глаза и страшным голосом закричал:
— Микрога-а-а-стер немо-о-о-ру-ум!
Мальчишки переглянулись.