— Кроме «Смерти», — прошептал Херефорд. — Продолжайте, Белтер, чего ж вы замолчали? Я знал, что все сведется к этому.
— Ну, так это истина! А города? Если он сбросит такой вот разрушитель, — он кивнул на пустую стену, где они только что видели запись ужасной сцены, — на большой город, так никого не останется в живых, не говоря уж о том, что город будет невозможно восстановить. Мы не можем связаться с Захватчиком. Если мы посылаем простые сигналы, он игнорирует их, если направленный луч — он стреляет в нас или посылает по лучу такую вот бомбочку. Мы не можем даже сдаться ему! Он просто летит по Системе, время от времени меняя курс и скорость, и время от времени на что-то нападает.
Марсианин поглядел на Херефорда, затем уставился куда-то вдаль.
— Не понимаю, почему мы ждали так долго. Я видел Титан, Белтер. Теперь сотню лет он будет мертв, как Луна. — Он покачал головой. — Никакие предварительные мирные соглашения не могут мешать защищать Систему, какими бы важными эти соглашения ни были. Я сам голосовал за то, чтобы объявить «Смерть» вне закона. Эта идея нравится мне не больше, чем… чем Херефорду. Но это диктуют обстоятельства. Или мы что, хотим пожертвовать всем, что создали наши расы, ради устаревшего принципа? Мы что, собираемся самонадеянно прятаться за этот идеалистический клочок бумаги, пока некто с секретным оружием уничтожает нас поодиночке?
— Клочок бумаги! — тут же взвился Херефорд. — Сынок, а ты знаком со своей древней историей?
Переводчик зашипел, когда через него заговорил Лиисс. Плоские, лишенные ударений слова выражали гнев, а те, кто знал юпитериан, могли заметить, как побледнел сенсорный орган этого существа.
— Лиисс возражает против словосочетания «секретное оружие». Человек с Марса намекает, что Захватчик похож на Юпитериан…
— Остыньте, Лиисс, — сказал Белтер и твердо взглянул на марсианина. — А вы следите за языком, иначе вернетесь на свои каналы очищать суперсою от ржавчины. Успокойтесь, Лиисс, я думаю, что марсианский делегат позволил эмоциям взять верх над ним. Никто не думает, что Захватчик с Юпитера. Он пришел откуда-то из Дальнего Космоса. Его корабль гораздо более продвинутый, чем наши, а вооружение… Ну, если бы у Юпитера было подобное оружие, то вы не проиграли бы войну. А еще есть Титан. Не думаю, что юпитериане стали бы уничтожать столько своих сограждан, только чтобы скрыть новое секретное оружие.
Марсианин слегка поднял брови. Белтер нахмурился, и марсианин с усилием сделал безразличное лицо. Юпитерианин расслабился.
Адресуясь, как обычно, ко всему Совету, но глядя на марсианина, Белтер проворчал:
— Война закончена. Все мы Соляриане, жители Солнечной Системы, и Захватчик представляет угрозу для всех нас. У нас будет время переругаться друг с другом после того, как мы избавимся от Захватчика. Но не раньше. Это понятно?
— Ни один человек не доверяет Юпитеру. Никто не доверяет Лииссу, — продолжал дуться юпитерианин. — Лиисс безмозглый. Лиисс ничем не может помочь. Пусть лучше Юпитер погибнет, чем ему станут доверять.
Белтер беспомощно вскинул руки. Чувствительность и упрямство юпитериан были общеизвестны.
— Если и есть какой-нибудь самый неуклюжий и тупой способ действовать, — проворчал он, — то марсиане обязательно отыщут его. Сейчас нам нужны мозги каждого из нас. А образ мышления юпитериан весьма отличается от остальных, так что он мог бы помочь нам справиться с нашей общей проблемой, и вы все должны помочь ему в этом.
Марсианин поджал губы. Белтер повернулся к юпитерианину.
— Лиисс, пожалуйста, слезь со своей любимой лошадки. Может, в наше время Солнечная Система слегка переполнена, но все мы должны в ней жить. Вы будете сотрудничать?
— Нет. Марсианин не доверяет юпитерианину. Марс умрет, Юпитер умрет, Земля умрет. Вот и отлично, раз никто не доверяет Юпитеру. — И существо странным образом свернулось вовнутрь — жест столь же показной, как и сжатые губы.
— Лиисс сидит в одной лодке со всеми нами, — заявил марсианин. — Мы должны…
— Он будет сотрудничать! — рявкнул Белтер. — Вы уже достаточно наговорили, приятель. Сосредоточьтесь на Захватчике и оставьте Лиисса в покое. Он может голосовать по этому вопросу, но имеет полное право и воздержаться от голосования.
— На чьей вы стороне? — вспыхнул марсианин, вскакивая на ноги.
Белтер хотел было ответить, но между ними, точно барьер, встал тихий, мягкий голос Херефорда.