— У нас маловато времени, — сказал Володя, глянул на Юнну, намереваясь втолковать ей про сроки восхождения, да встретился с ней глазами.
Теплая волна пробежала по рукам. Володя уставился на «представителя администрации строительства», будто впервые увидел Юнну, и ощущение, не выражаемое никакими словами, мигом расцвело, распустилось, появилось невесть откуда. Володя вдруг увидел, как будто приблизившись, кожу ее щеки, уголок губ, начало ключицы, выглядывавшее из распаха темно-синей рубашки, увидел ее волосы цвета темного шоколада, волнами поблескивавшие на солнце. Он был поражен сразу, одномоментно, будто и в самом деле в него воткнулась стрела, посланная с верхних секторов обстрела крылатым голым мальчиком.
— Времени, — туповато сказал Володя, по-солдатски преданно глядя на Юнну, — времени не очень.
— А у нас еще меньше, — сказала Юнна и положила руку на кулису переключения скоростей.
Володя и руку увидел, цвет ее, пушок у запястья. «В волейбол играет», — так подумал Володя, и мысль эта приобрела неизвестно почему какое-то невероятное значение, будто подтвердила что-то очень важное.
— И все время идут плохие сейсмические прогнозы, — добавила Юнна.
— У нас всего-то две недели. Через две недели мы должны быть на горе. Опоздаем — все! Придет фен, теплый ветер с юга, — все! У нас — первенство Союза!
— Это у нас первенство Союза, — печально сказала Юнна.
Она отжала сцепление, и машина тронулась. На секунду оторвала правую руку от управления и подняла ее, будто точно знала, что Володя смотрит ей в затылок, в удаляющуюся спину, стоит — не сводит глаз. Эта рука, слабо поднятая в знак прощания, как приветствие престарелого главнокомандующего, стала удаляться и задержалась в воздухе чуть дольше, чем этого требовало деловое приветствие. Садыков понял это, радостно заколотилось сердце. Машина набирала скорость, из-под колес стали струиться косяки коричневой пыли, потом какой-то железный борт, предостаточно побитый и помятый камнями, заслонил машину заместителя главного инженера строительства…
При выезде из-за поворота, когда открывается вид на всю плотину, на сужение ущелья, где по непонятной мысли проектировщиков была построена компрессорная и откуда прекрасно на фоне ближних лиловых гор просматривался профиль проклятого нависающего камня, иные водители вздрагивали и щурили глаза: прямо в воздухе, в небе висели несколько человек (веревки с такого расстояния не были видны). Мало того — в знойном небе, в струящихся горячих потоках, ломавших прямые лучи, будто парили около камня две металлические площадки, на каждую из которых опирались перфораторы. Наваливаясь на их отполированные металлические рога, работали Спартак и Петр. Все на страховке: сами площадки, перфораторы, каждая отверточка на отдельной веревочке, ну и, конечно, в перевязи страховочных ремней — сами покорители пространства и времени. В те секунды, когда перфораторы умолкали, оба бурильщика калякали на разные темы.
— Ты сколько зарабатываешь? — Это Спартак, у него в будущем году распределение.
— Четыреста и больше.
— А зачем тебе институт?
Петр на заочное поступил, жил-жил, да и поступил.
— За интерес, — ответил Петя.
— Окончишь — будешь получать сто двадцать.
— Я не такой дурак. У меня три пятых разряда. Я, знаешь, какой специалист! На меня очередь стоит. Особенно на сварочные работы.
— Ну, так что же тебе надо? — не отставал Спартак.
— Интерес люблю. Вот что такое полиглот — знаешь?
— Знаю.
— А вот я не знал. Думал, что оскорбление. Пылеглот — пыль глотает. Оказалось, что от слова «поли». Поли — много. Поликлиника. Поливитамины.
— Полимер, полиэкран, — продолжал Спартак.
— Или вот еще слово — альтернатива. В курсе?
— Альтернатива? — переспросил Спартак. — Это такое положение…
— Какое?
— Фиговое, — неуверенно сказал Спартак, намереваясь снова бурить, чтобы прервать невыгодный разговор.
— Ты на каком курсе?
— На четвертом.
— На четвертом, а простых азов не знаешь, — сказал Петр.
— Ну ты ведь тоже не знаешь!
— Я-то? — возмутился Петр. — Я — заочник, что с меня взять…
Сверху со скалы свесился Саша Цыплаков.
— Алло! — закричал он. — Чего встали?
— Саш! — закричал Петр. — Знаешь, что такое альтернатива?
— Вы что — устали? Мы можем с Капитаном вас сменить! — ответил Саша.
— Нет, — крикнул Петр, — ты на вопрос ответь!