И затем следует отчет «Times», в котором сказано:
«Увеличение, которое я описал» (именно как «это ошеломляющее увеличение богатства и мощи»), «основываясь на данных, на мой взгляд совершенно точных, всецело ограничивается теми классами, которые обладают собственностью».
Вот и удивляйтесь теперь «наглой лживости» Маркса, который еще осмеливается утверждать, что в отчете «Times» содержится фраза: это ошеломляющее увеличение и т. д. всецело ограничивается имущими классами!
В Учредительном Манифесте говорится: «This intoxicating augmentation of wealth and power is entirely confined to classes of property» [ «Это ошеломляющее увеличение богатства и мощи всецело ограничивается имущими классами». Ред.]
В «Times» говорится: «The augmentation there described» [ «Увеличение, которое я только что описал». Ред.] (относительно этого даже г-н Брентано, анонимно или не анонимно, до сих пор не оспаривал, что здесь речь идет об указанном прежде intoxicating augmentation of wealth and power [ошеломляющем увеличении богатства и мощи. Ред.])
«and which is founded, I think, upon accurate returns, is an augmentation entirely confined to classes of property» [ «основываясь на данных, на мой взгляд совершенно точных, есть увеличение, всецело ограничивающееся имущими классами». Ред.].
И вот, после того как г-н Брентано сам указывает пальцем в отчете «Times» на фразу, которую будто бы присочинил Маркс, потому что ее нет в «Хансарде», и таким образом сам доказывает свою наглую лживость, приписываемую им Марксу, — он с торжеством заявляет, что
«оба отчета» («Times» и «Хансарда») «по существу полностью совпадают. Отчет «Times» дает лишь в более сжатой форме то, что стенографический отчет «Хансарда» приводит дословно. Но несмотря на то, что и в отчете «Times» содержится нечто прямо противоположное этому пресловутому месту из Учредительного Манифеста, несмотря на то, что и по отчету «Times» Гладстон сказал, что, по его мнению, это ошеломляющее увеличение богатства и мощи не ограничивается состоятельными классами, Маркс имеет еще наглость писать в «Volksstaat» от 1 июня: «Итак, согласно отчету его собственного органа «Times» от 17 апреля 1863 г., г-н Гладстон формально и по существу заявил 16 апреля 1863 г. в палате общин, что это ошеломляющее увеличение богатства и мощи всецело ограничивается имущими классами»».
Si duo faciunt idem, non est idem. Когда двое делают одно и то же, это не одно и то же.
Когда Маркс приводит слова Гладстона: это ошеломляющее увеличение богатства и мощи всецело ограничивается имущими классами, то это «присочинено», это — «пресловутое место», «целиком сфальсифицированное». Когда же отчет «Times» приводит слова Гладстона: Это увеличение, которое я только что описал, как ошеломляющее увеличение богатства и мощи, всецело ограничивается имущими классами, — то это лишь «более сжато по форме», чем отчет «Хансарда», в котором данная фраза отсутствует, и «прямо противоположно этому» (а именно — тому же самому) «пресловутому месту из Учредительного Манифеста». А когда Маркс для подтверждения ссылается на это место из отчета «Times», г-н Брентано говорит:
«наконец, у него еще хватает наглости ссылаться на газетные отчеты, которые прямо противоречат ему».
Для этого надо действительно обладать совершенно особенной «наглостью». У Маркса, во всяком случае, лоб находился на лице, а не в другом месте [Игра слов:. «Stirne» — «лоб», в переносном смысле — «наглость». Ред.].
С «наглостью», действительно весьма отличающейся от марксовой, анонимный автор, сиречь Луйо Брентано, заставляет Гладстона сказать, что, «по его мнению, это ошеломляющее увеличение богатства и мощи не ограничивается состоятельными классами». В действительности же и по «Times» и по «Хансарду» Гладстон говорит, что он с болью и тревогой смотрел бы на это «ошеломляющее увеличение богатства и мощи, если бы был уверен, что оно ограничивается только состоятельными классами», а далее он говорит, по отчету «Times», что оно в самом деле «ограничивается только имущими классами».
«В самом деле», — замечает, наконец, с негодованием добродетельный анонимный автор, — «для характеристики подобного поведения можно употребить только одно слово, очень хорошо известное самому Марксу (смотри «Капитал», стр. 257): оно просто «бесчестно»».
Чье поведение, г-н Луйо Брентано?
II