Твой А. Чехов.
(обратно)Чеховой М. П., 31 октября 1894*
1469. М. П. ЧЕХОВОЙ
31 октября 1894 г. Мелихово.
Если успеешь, купи мне мужские подтяжки, ибо я похудел в талии и с меня падает «некоторая часть моего фанфаронства», как выразился один семинарист. Если не найдешь средства от мышей, то привези 1 или 2 мышеловки, поменьше. В комнатах у нас холодно. У тебя в комнате утром 29-го было только 7 градусов. Чем это объяснить? Мать объясняет тем, что дверь в коридоре не обита и пропускает холод. Когда топишь камин, становится очень тепло — возле печки.
Дальнейшие наблюдения: когда протопили печь и после обеда вскоре затопили камин, то у тебя стало 11 градусов. Когда во второй раз затопили мою печь, то стало уже 12½. Утром 30-го было во всех комнатах очень тепло, а в твоей 11 град<усов>.
Если будешь в «Русской мысли», то не забудь взять книгу, присланную мне Трефолевым*. Спроси у Иннокентия Федоровича.
Снегу нет, но небо пасмурно. В среду я пошлю Егора на станцию.
Будь здорова.
Твой А. Чехов.
(обратно)Чеховой М. П., 1 или 2 ноября 1894*
1470. М. П. ЧЕХОВОЙ
1 или 2 ноября 1894 г. Мелихово.
Вышлем лошадей в пятницу, но предупреждаю, путешествие ожидает вас* невеселое. Дороги грязные, а луна восходит уже поздно, так что достанется вам на орехи.
Вот и пошла бы к проф. Шервинскому (Пречистенка, д<ом> бывш<ий> кн. Голицына). Узнай в аптеке, в какие часы он принимает, возьми хорошего извозчика (и на всякий случай 5 р.), скажи доктору, что ты моя сестра, и он не будет держать тебя долго. Зато успокоит, и будешь спать. В пятницу же побывай у него или в четверг вечером.
Будь здорова.
Твой А. Чехов.
На обороте:
Москва, Угол 1-го Волхонского пер. и Божедомовского, дом Боровковой, кв. 6 (Мадер) Ее высокоблагородию Марии Павловне Чеховой.
(обратно)Суворину А. С., 2 ноября 1894*
1471. А. С. СУВОРИНУ
2 ноября 1894 г. Мелихово.
2 ноябрь.
Простите, я опять со счетами. На сих днях я получил от Вашего бухгалтера письмо*. Он пишет: «считаем себя обязанными уплатить за Вас в контору „Нового времени“ 4155 р., что и сделаем в самом непродолжительном времени». Значит, я должен уже не 7000 и не 1004, а 4155 р. Такие частые перемены в настроении заставляют меня подозревать, что в шкафу у бухгалтера сидит хорошенькая и очень капризная дама.
Теперь дела частные. С меня за путешествие следует 25 × 33 = 825 р. Число рублей я помножаю на число дней. Не делайте, пожалуйста, скидок, так как 25 р. — цифра весьма близкая к истине. Сообразите, что стоили одни билеты, а ведь мы в сущности почти не выходили из вагона. Дорога от Парижа стоила больше 300 фр.
Кроме того, во время путешествия я взял у Вас деньгами 38 франков, в Одессе на паспорт (вечером) 10 р.; прибавьте 4 р. 50 к. за срочную телеграмму к исправнику* и 400 р., посланные Вами* во время оно в лоно Израиля — «Сев<ерный> вестник». Итого выйдет 1250 р. Ну, если хотите, скиньте 50. Итак, лично Вам я должен 1200 р. Заплатить я сейчас этого долга не могу, ибо я бессребреник, сообщаю же цифры к сведению и руководству, на всякий случай.
Если в самом деле издавать мои произведения томиками*, то не следовало бы печатать «Пестрые рассказы» в таком громадном количестве*. Сытин печатает, впрочем, 10 тыс.*, но с ним можно поговорить, и он может сократить.
Сижу я в тепле и кашляю, кажется, меньше.
Книги свои отправляю в Таганрог*. В ящики попала нечаянно Ваша книга — «Искра божия» Салиаса*. Распаковывать не хочется; лучше напишу, чтобы прислали Вам ее из Таганрога.
Погода скверная. Впрочем, скуки не чувствую*, хотя кроме меня да стариков во всем доме — ни души. Газеты читаем 1–2 раза в неделю.
Пишу длинную повесть.
Анне Ивановне, Насте и Боре нижайший поклон.
Ваш А. Чехов.
(обратно)Гольцеву В. А., 5 ноября 1894*
1472. В. А. ГОЛЬЦЕВУ
5 ноября 1894 г. Мелихово.
Зри на обороте. Этот Иван Маркович, человек, как видишь, не особенно грамотный, но интересный, фанатически преданный делу и весьма полезный (им во многих городах основаны общества физич<еского> воспитания детей), находится, по-видимому, в жалком положении иностранца, заболевшего в дороге и не знающего, к кому обратиться. Милый друг, пошли к нему кого-нибудь справиться, как он и что, и сказать ему, что я приехать не могу, так как дорога до станции ужасная. Если не можете побывать у него ни ты, ни Митрофан Нилович, и если некого будет послать к нему, то черкни ему две-три строчки и посоветуй не падать духом. У него жестоко расстроены нервы. Даже в сумасшедшем доме сидел.