У нас всё обстоит благополучно. Кто такой Оппоков и на каком языке он хочет издать твои статьи?*
Поклон Вуколу. Будь здрав.
Твой А. Чехов.
5 ноябрь.
(обратно)Горбунову-Посадову И. И., 8 ноября 1894*
1473. И. И. ГОРБУНОВУ-ПОСАДОВУ
8 ноября 1894 г. Мелихово.
8 ноябрь. Ст. Лопасня.
Многоуважаемый Иван Иванович! На днях я получил <пи>сьмо*[40] от одной знакомой дамы, которая просит <ме>ня найти какое-нибудь занятие для литератора Тищенко, автора «Семена-сироты»*. Он живет в Су<ма>х, имеет жену, шестерых детей, ему 32–33 года; служил <ра>ньше по акцизу, учился в ветеринарном институте и не кон<чи>л курса. Если принять во внимание количество детей и <то>, что г. Тищенко кормится исключительно одною литерату<ро>ю, то положение его должно быть воистину бедственное. Не знаете ли, что он за человек, что он пишет и какое занятие для него наиболее подходило бы; и если знаете, то нет ли <у> Вас в редакции для него какой-нибудь работы? Или не <ук>ажете ли мне ту сферу, в которой я скорее бы всего мог <дат>ь заработок этому неизвестному мне человеку?
Получил книги. Благодарю. Желаю Вам всего хорошего.
Ваш А. Чехов.
(обратно)Ясинскому И. И., 8 ноября 1894*
1474. И. И. ЯСИНСКОМУ
8 ноября 1894 г. Мелихово.
8 ноября.
Дорогой Иероним Иеронимович, вернулся я уже давно, но Ваше письмо получил только вчера, так как Вам угодно было послать его заказным и оно, как привилегированное, пролежало целый месяц в Серпухове на почте, пока сотский после соблюдения ряда формальностей не принес его мне, пройдя пешком двадцать пять верст. Заказные письма минуют Лопасню и идут в Серпухов.
Ну-с, как Вы поживаете? Правда ли, что Вы построили себе дом? И отчего Вы, так неожиданно для меня, покинули Москву, в которой намерены были прожить год или два?
Что касается меня, то я жив и здрав, бросил курить, живу в деревне, немножко полечиваю, очень туго пописываю. Пишу повесть для «Русской мысли»*, надо писать для «Артиста», которому я должен*, нужно писать в «Русские ведомости», так что возможность работать в «Биржевых ведомостях» представляется мне весьма отдаленной; по крайней мере, могу наверное сказать, что до января я не успею написать для «Б<иржевых> в<едомостей>» ни одной строчки*. Пусть пока извинят и пусть войдут в положение, а Вы будьте моим защитником и объясните им, как я медленно работаю. Вообще говоря, моя муза большая баба.
Если хотите, приезжайте в Москву и, конечно, заранее уведомьте о дне приезда. Впрочем, если Вы живете теперь в новом доме и наслаждаетесь по ночам криком собственных сверчков и таинственным шорохом собственных домовых, то Вас в Москву не скоро затянешь. Собственность — это канальская штука; затягивает в себя, как варенье муху.
Ну, будьте здоровы. Крепко жму Вашу руку.
Ваш А. Чехов.
Ст. Лопасня.
(обратно)Чеховой Н. А., 14 ноября 1894*
1475. Н. А. ЧЕХОВОЙ
14 ноября 1894 г. Мелихово.
Милая Наталья Александровна,
Александр приехал ко мне и пребывает в добром здоровье. Благодарю Вас, что Вы отпустили его ко мне. Пробудет он у меня еще неделю или недели полторы — об этом я прошу его и надеюсь, что он исполнит мою просьбу.
Кланяюсь детям. Вам тоже кланяюсь низко и крепко жму руку.
Ваш А. Чехов.
94 14/XI
На обороте:
Петербург, Невский, 132, кв. 15 Ее высокоблагородию Наталии Александровне Чеховой.
(обратно)Шавровой Е. М., 20 или 21 ноября 1894*
1476. Е. М. ШАВРОВОЙ
20 или 21 ноября 1894 г. Мелихово.
Ответ пришлю завтра, когда поищу у себя «Каштанку».
На конверте:
Ее высокоблагородию Елене Михайловне Шавровой.
(обратно)Лаврову В. М., 21 ноября 1894*
1477. В. М. ЛАВРОВУ
21 ноября 1894 г. Мелихово.
21 ноябрь.
Милый Вукол, посылаю тебе приглашение, полученное мною от пана Сапеги. Так как эта трудолюбивая пчела намерена собирать мед упрощенным способом — не трогая цветов, брать его прямо из чужих ульев, то я ей ответил, что дать свое согласие на такой способ я могу не иначе, как только с разрешения тех, кто владеет этими ульями.
Будь здрав и благополучен.
Твой А. Чехов.
Письмо Сапеги сохрани или пришли.
(обратно)Шавровой Е. М., 22 ноября 1894*
1478. Е. М. ШАВРОВОЙ
22 ноября 1894 г. Серпухов.
22 ноябрь. Серпухов.
По получении от Вас письма, я тотчас же принялся за чтение «Маркизы»* и нашел, что г. Е. Шавров (Елизавет Воробей)* делает большие успехи. Рассказ мне очень понравился, в нем кроме таланта, который и ранее не подлежал сомнению, чувствуется также еще зрелость. Только заглавие показалось мне несколько изысканным. Фигура героини сделана так просто, что прозвище «маркиза» является какой-то лишней прицепкой, всё равно как если бы Вы мужику продели сквозь губу золотое кольцо. Если бы не было этого прозвища и если бы Нелли звали Дашей или Наташей, то финал рассказа вышел бы сочнее, а герой пухлее… Видите, это не критика, а очень субъективное рассуждение, которым Вы имеете полное право пренебречь, хотя я, по-Вашему, очень важная особа: Ваш учитель. Если хотите недостатков, то извольте, могу указать Вам на один, который Вы повторяете во всех Ваших рассказах: на первом плане картины много подробностей. Вы наблюдательный человек, Вам жаль было бы расстаться с этими частностями, но что делать? Ими надо жертвовать ради целого. Таковы физические условия: надо писать и помнить, что подробности, даже очень интересные, утомляют внимание.