Пейзажист Левитан серьезно болен. У него расширение аорты. Расширение аорты у самого устья, при выходе из сердца, так что получилась недостаточность клапанов. У него страстная жажда жизни, страстная жажда работы, но физическое состояние хуже, чем у инвалида.
От всей души благодарю Вас за письмо и Ваше сочувствие. Желаю всего хорошего и крепко жму руку.
Искренне Вас уважающий и преданный
А. Чехов.
(обратно)Суворину А. С., 4 апреля 1897*
1967. А. С. СУВОРИНУ
4 апреля 1897 г. Москва.
4 апр.
Брать Солодовник<овский> театр я Вам решительно не советую*. Во-первых, это один из самых непопулярных театров в Москве, и во-вторых, чтобы заставить консервативных москвичей ходить в новый театр, нужно раскачивать их лет десять. Малый театр усердно посещается, потому что он симпатичен. Корш перебивается с хлеба на квас, потому что его театр лишь терпят, но не любят. Театров для интеллигенции и средней публики в Москве пока достаточно, и если в чем чувствуется недостаток, так это только в народном театре*. Вы могли бы создать хороший народный театр, и это дело вполне удовлетворило бы Вас, мне кажется, но Солодовник<овский> театр не годится для народного и, чтобы вести это дело в Москве, надо безвыездно жить в Москве. Так я думаю.
После 10-го апр<еля> уезжаю в Мелихово. Буду стараться много есть и ежедневно взвешивать себя на весах — препротивное дело. Если не буду прибавляться в весе, то придется ехать на кумыс.
Третьего дня я послал Вам письмо с подробным (относительно) описанием своей болезни. Крови уже нет.
Если, по соображениям, Ваше письмо придет в клиники до 10-го апреля, то пишите мне в клиники, если же позже 10-го, то — в Лопасню.
О театре хорошо бы поговорить поподробнее. Не приедете ли вы в Москву в конце апреля или в начале мая? Мне кажется, что и Станиславский отсоветует Вам брать Солодовн<иковский> театр. Это важный симптом, что сам Станиславский не берет этого театра*. По-моему, принять в соображение следует и то, что судьбу театра устраивает факторша, та самая, которая подошла к Вам в «Славян<ском> базаре». Если имение продает или сдает в аренду не сам хозяин, а фактор, то уж значит имение не без изъянов.
Желаю всяких благ и низко кланяюсь.
Ваш А. Чехов.
(обратно)Гольцеву В. А., 5 апреля 1897*
1968. В. А. ГОЛЬЦЕВУ
5 апреля 1897 г. Москва
5 апр.
Милый Виктор Александрович, какая вкусная икра!
Меня выпустят в четверг*. В этот день после 10 часов я поеду к Мандлю покупать халат, потом к Теодору стричься и потом к тебе в редакцию*. В пятницу домой.
Будь добр, попроси Петра Николаевича или Инноцентия выдать подателю сего 1 экз. моего «Сахалина». Это жертва в библиотеку для больных, которые лежат на спинах и читают. Буде хочешь, пожертвуй и единую из своих книг, скажут громадное спасибо.
Крепко жму тебе руку; будь здоров и счастлив.
Твой А. Чехов. 97.
(обратно)Леонтьеву (Щеглову) И. Л., 5 апреля 1897*
1969. И. Л. ЛЕОНТЬЕВУ (ЩЕГЛОВУ)
5 апреля 1897 г. Москва
Милый Жан, буду с нетерпением ожидать Вас*. Приходите во всякое время дня, кроме промежутка от часа до трех пополудни, когда происходит кормление и прогуливание больных зверей. Я скажу швейцару, чтобы он принял Вас. Или лучше всего, когда придете, пришлите мне со швейцаром Вашу карточку, и я скажу, чтобы Вас провели ко мне немедленно.
Мне гораздо лучше. Я уже гуляю.
Обитатель палаты № 14
А. Чехов. Суббота.
Клиника проф. Остроумова.
На обороте:
Здесь
Ивану Леонтьевичу Леонтьеву
Кокоревское подворье, Бульварный корпус, № 216.
(обратно)Суворину А. С., 7 апреля 1897*
1970. А. С. СУВОРИНУ
7 апреля 1897 г. Москва.
7 апр.
Если верить самочувствию, то я здоров совершенно, и мне кажется, что от лежанья и ничегонеделанья я распух. В четверг в полдень меня выпускают из клиник, я уезжаю домой и буду там жить, как жил. Около 5-10 мая приеду в Петербург, о чем уже и написал художнику*. Вы пишете, что мой идеал — лень. Нет, не лень. Я презираю лень, как презираю слабость и вялость душевных движений. Говорил я Вам не о лени, а о праздности, говорил притом, что праздность есть не идеал, а лишь одно из необходимых условий личного счастья*.