— Что заставляет вас думать, что я симпатичная?
Она налила себе новую порцию джина в бокал.
— Никто в этой проклятой дыре с вами не согласится.
— Почему?
Она презрительно фыркнула:
— Они вам сами объяснят. Единственным порядочным мальчиком здесь был Джонни.
— Вы с Джонни были в близких отношениях?
— Я хотела, но Джонни сказал, что настоящая любовь не такая и что это придет после свадьбы.
Она поболтала свое питье, пошатнулась, бокал выскользнул у нее из рук и упал на ковер, потом, диковато посмотрев на меня, она сказала, и в ее голосе послышалось рыдание:
— Вот почему я хочу, чтобы вы его нашли. Хочу, чтобы он вернулся сюда и женился на мне. Найдите его! Вы слышите?
Повернувшись, она выскользнула из комнаты, хлопнув за собой дверью.
К тому времени, как я вымылся и распаковал вещи, было пора поесть, я был очень голоден. Я спустился в ресторан. В зале сидело человек десять, но большей части мужчины, они уже ели. Все, как по команде, посмотрели на меня. Кое-кто мне улыбнулся, другие только кивнули. Я был уверен, что все в этом просторном зале знали, что я был оперативником, работающим в детективном агентстве, и должен был разыскать внука Джексона.
Я сел за столик подальше от окна. Улыбающийся старый негр-официант подошел ко мне и предложил фирменное блюдо.
— Это одно из лучших кушаний нашей поварихи, мистер Уоллес, сэр, — сказал он, — тушеное мясо с грибами.
Я сказал, что меня это вполне устраивает, и он зашаркал прочь.
Чувствуя на себе любопытные взгляды, я уставился на свои руки на столе. Наверное, думал я, раньше или позже я перестану быть новинкой, но меня раздражало их неприкрытое любопытство, как будто они ожидали, что я выхвачу из кармана либо пистолет, либо живого кролика.
Тут я заметил, что возле моего столика стоит высокий человек с грустным лицом.
— Я Боб, мистер Уоллес. Моя девочка сказала мне, что вы остановились в нашем отеле. Я очень рад.
Обмениваясь рукопожатиями, я внимательно посмотрел на его худое бледное лицо и скорбные глаза. Ему было около пятидесяти, и жизнь не была к нему добра.
— Если у вас имеются какие-нибудь специальные желания, скажите Пегги, — продолжал он, выжимая тень улыбки. — Желаю приятного аппетита.
Он ушел прочь.
Жаркое было великолепным. Я ел его не спеша. В начале третьего я вышел в вестибюль уже после того, как все другие посетители закончили свою трапезу. Проходя мимо меня, каждый из них кивнул мне головой или подмигнул, в ответ я тоже кивал и подмигивал.
Пегги торчала возле стола администратора. Она радостно улыбнулась, но я, не останавливаясь, вышел на улицу и перешел на другую сторону к офису шерифа. Я был совершенно уверен, что шериф Мейзон в это время будет принимать свое "лекарство", так что Билл Андерсен будет совершенно свободен.
Он сидел в кабинете, положив ноги на стол и ковыряя в зубах спичкой. Увидев меня, он скинул ноги со стола и быстро вскочил.
— Ха, мистер Уоллес! Рад вас видеть.
— Зовите меня Дирком, — сказал я, пожимая ему руку. — Может случиться, что мы с вами будем вскоре работать вместе.
Я передал ему о словах полковника.
У него был вид человека, получившего в подарок миллион долларов.
— Это замечательно! Спасибо, Дирк. Это и правда потрясающе.
— Шерифа нет? — спросил я, усаживаясь.
— Он появится часа через три.
— Скажите, Билл, что будет с бунгало мистера Джексона?
— Ничего. Его оставили птицам. Возможно, кто-нибудь пожелает приобрести его землю, но это решать его внуку. Он единственный наследник.
— И никто не знает где он?
Билл кивнул.
— Таково положение вещей. Доктор Стид говорит, что он поместил объявление о смерти Фрэда в местную газету.
Он пожал плечами.
— Я не знаю, принесет ли это пользу, но доктор Стид говорит, что мы обязаны выполнить все формальности.
— Я хотел бы взглянуть на бунгало, Билл. Хотите поехать со мной?
— Вы надеетесь там что-то отыскать?
— Не знаю, пока мы не посмотрим.
— Прямо сейчас?
— Почему бы нет, если вы не заняты.
Он усмехнулся:
— Я сижу здесь день за днем, изнывая от безделья. Это меня сводит с ума. В Сирле нет никакой преступности.
— Так уж и нет? Ну ладно, поехали.
По дороге в бунгало Джексона я расспросил Билла о Пегги. Я сидел рядом с ним в его древнем "чевви", задавшись целью выкачивать из него столько информации, сколько он способен дать.
— Пегги? Тут одним словом не ответишь.
Он покачал головой.
— Понимаете, Дирк, я не могу ее не жалеть. Ее саму и ее отца. У него — неизлечимый рак, жить ему осталось не более года. Если бы не их чернокожий персонал, отель давно бы захирел. Эми, их повариха, привлекает посетителей. Боб отошел полностью от дел. У него непреходящие боли. Всем заправляет Пегги. Я вместе с ней учился в школе. Она была умной девочкой. Когда умерла ее мать, она бросила школу, чтобы помочь отцу управляться с отелем, и с тех пор стала неуправляемой.