Засим, если это не скучно, напишите мне, имеете ли в виду вы, Главное управление*, ввести в скором времени colis postaux[53]? Этот вопрос меня очень интересует. За границей мне говорили, что Россия вводит у себя colis postaux с 1 июля сего года. Правда ли это?
Будьте здоровы и благополучны; Вашей семье передайте привет и тысячу пожеланий.
Ваш А. Чехов.
(обратно)Чехову И. П., 14 мая 1898*
2311. И. П. ЧЕХОВУ
14 мая 1898 г. Мелихово.
14 май.
Мамаша забыла соматозу. Привези 2 ф. макарон прямых и пропускной бумаги, чтобы покрывать стол, в листах; листа три, не больше. Ждем.
Твой Antonio.
Рукой Е. Я. Чеховой:
Ваня, привези масла прованского 1 ф., огурцов побольше.
На обороте:
Москва. Его высокоблагородию Ивану Павловичу Чехову.
Н. Басманная, д. Крестовоздвиженского.
(обратно)Аничкову А. И., 16 мая 1898*
2312. А. И. АНИЧКОВУ
16 мая 1898 г. Мелихово.
Многоуважаемый Александр Иванович, очень, очень рад, что посылка, наконец, получена Вами*. Когда она пришла в Ниццу, я решил, что оставлять ее в Ницце нельзя, и принял, уплатив 6 фр. 45 сант. Затем решено было везти ее в Париж, где предполагалась встреча с Вами, — так я и написал Вам во Флоренцию*. У посылки был громоздкий вид, она не укладывалась удобно, и я распаковал ее — с угрызениями совести, справедливо полагая, что Вы рассердитесь на меня за такое самоуправство. В Париже я сдал посылку Хотяинцевой с просьбой передать Вам; через неделю Хот<яинцева> стала бунтовать, заявила, что ей надо уезжать в Россию. Опять посылка перешла ко мне. И т. д. И т. д. В конце концов посылку взял Ив. Ив. Щукин, о чем я и написал Вам — Paris*, poste rest<ante>. И таким образом лекарство, присланное Вами из Базеля, оказалось прекрасным потогонным.
Очень жалею, что не встретился с Вами в Париже. Там было у меня много интересных знакомых и видел я много интересного. Желаю Вам всего хорошего. Будьте здоровы и счастливы.
Ваш А. Чехов.
16 мая. Лопасня, Москов. губ.
На обороте:
Боровичи, Новгор<одской> губ. Залезенье.
Его высокоблагородию Александру Ивановичу Аничкову.
(обратно)Немировичу-Данченко Вл. И., 16 мая 1898*
2313. Вл. И. НЕМИРОВИЧУ-ДАНЧЕНКО
16 мая 1898 г. Мелихово.
16 мая.
Милый Владимир Иванович, ловлю тебя на слове. Ты пишешь: «я до репетиций приеду к тебе переговорить». Так вот приезжай, пожалуйста! Приезжай, сделай милость!* Мне так хочется повидать тебя, что ты и представить не можешь, и за удовольствие повидаться* с тобой и потолковать я готов отдать тебе все свои пьесы.
Итак, приезжай. Я прожил в Париже три недели, кое-что видел и могу порассказать тебе кое-что, так что не думаю, что тебе у меня будет очень скучно. К тому же погода великолепная. Будет скучно, но не очень.
Жду с нетерпением.
Екатерине Николаевне поклон и привет. Сестра кланяется. Будь здоров и благополучен.
Твой А. Чехов.
Мои лошади то и дело жеребятся, мочи моей нет. Тебе придется нанять ямщика за целковый и потом, после езды на тарантасе, по нашей дороге, дня три поглаживать себе низ спины. Кстати сказать, у нас скоро будет шоссе. Уже утверждено в земском собрании и подписано.
(обратно)Шавровой-Юст Е. М., 16 мая 1898*
2314. Е. М. ШАВРОВОЙ-ЮСТ
16 мая 1898 г. Мелихово.
16 май.
Вы восклицаете в своем письме, многоуважаемая коллега: «Неужели нам не суждено увидаться?» Откуда такой пессимизм? Скоро я буду в Москве*. Скоро, но когда именно, не знаю, так как по крайней мере до 24-го мая должен заниматься экзаменами* и всякими мужицкими и земскими делами. В глубине лета буду, вероятно, на Кавказе*.
Что написали? Как дела вообще? Где Ваша сестра?*
Я недавно из Парижа, где прожил три недели в полное свое удовольствие. Будьте здоровы.
Ваш А. Чехов.
На конверте:
Москва. Ее высокоблагородию Елене Михайловне Юст.
Пречистенка, д. Борщова, кв. № 3 (Шавровых).
(обратно)Иорданову П. Ф., 19 мая 1898*
2315. П. Ф. ИОРДАНОВУ
19 мая 1898 г. Мелихово.
19 май, Лопасня, Моск. губ.
Многоуважаемый Павел Федорович, при выборе места для памятника надо считаться также и с мнением художника*. Ведь не все равно для художника, где поставить памятник — у моря, на большой площади, около высоких домов… Если около высоких домов, то и памятник надо делать высоким, иначе он будет казаться куцым. Петр у Антокольского стоит лицом к морю, ветер дует на него с моря — это видно по его волосам, сюртуку; стало быть, если бы на совет был приглашен Антокольский, то он выбрал бы местность, откуда видно море, то есть крепость. Место возле сада, конечно, лучше, чем на Николаевской улице; можно было бы поставить Петра не на улице, где он стеснял бы движение, а на полукруглой площадке, занятой у сада. Вот так: