— Я спросил, кто ее нарисовал, — сухо сказал Лепски.
— Кто ее нарисовал? — Кендрик поднял брови. — Вы интересуетесь современным искусством? Вы совершенно правы. Сегодня вы покупаете картину, а через несколько лет ее стоимость возрастет в три раза.
Лепски издал звук, напоминающий падение гравия на асфальт с десятиэтажного дома.
— Речь идет о полицейском следствии. Кто нарисовал ее?
Чтобы дать время Кендрику, Луи влез в разговор:
— Он говорит о пейзаже с красной луной, дорогой.
Кендрик покачал головой, поднял парик и снова опустил его на голову.
— Конечно. Кто автор этой картины? Ах! Вы хотите невозможного, инспектор Лепски. Я, к сожалению, не знаю.
— Как это не знаете?
— Если мне память не изменяет, один художник оставил нам картину, чтобы мы попытались ее продать. Хотя это полотно отмечено определенным талантом, оно не представляет большой ценности. Я подумал, что будет забавным выставить его в витрине на уик-энд. В субботу после полудня мы имеем дело с молодыми клиентами. Это основные покупатели. Подобные произведения — для них.
— Как зовут художника? — снова спросил Лепски.
Кендрик вздохнул, изображая сожаление.
— Насколько я знаю, он не сообщил своего имени и не подписал полотно. Он сказал, что еще зайдет, но мы его так и не видели.
— Когда он вам оставил картину?
— Несколько недель назад. Время идет так быстро. Ты помнишь, дорогой? — спросил Кендрик Луи.
— Нет, — ответил тот, безразлично пожимая плечами.
— Как выглядит этот человек? Опишите его, — сказал Лепски.
— Как он выглядит? — Кендрик принял грустный вид. — Я не имел с ним дела. Ты не помнишь художника, Луи?
— Я тем более не имел с ним дела, — ответил Луи, снова пожимая плечами.
Лепски посмотрел на одного, потом на другого. Он инстинктивно чувствовал, что они лгут.
— Тогда кто его видел?
— Кто-то из персонала. Художники постоянно приносят сюда свои картины. Мы иногда берем их, отправляем в запасник, а потом я их просматриваю, выбираю одну и выставляю в витрине. Я не знаю, кто занимался с этим художником.
— Речь идет о полицейском расследовании, — снова сказал Лепски. — Мы подозреваем, что человек, который написал эту картину, связан с двумя убийствами. Я думаю, нет нужды рассказывать вам об этом, не так ли?
У Кендрика появилось ощущение, что его сердце останавливается, но он умел замечательно управлять собой и только поднял брови.
— Почему вы так думаете?
— Это наше дело. Мне нужно описание внешности этого человека. Очень возможно, что это маниакальный убийца.
Кендрик подумал о Криспине Грэге. Он также вспомнил, что тот должен ему сорок тысяч.
— Я расспрошу своих служащих, инспектор Лепски. Вы понимаете, мои продавцы не работают по субботам. Молодые должны расслабиться после трудовой недели. Может, кто-нибудь и вспомнит.
Лепски переминался с ноги на ногу. Он был совершенно уверен, что напал на след преступника.
— Я вам скажу все, — начал он. — Мы разыскиваем мужчину ростом примерно 180, со светлыми волосами и руками художника. Последний человек, который его видел, говорит, что на нем был голубой пиджак с пуговицами в форме мяча для гольфа, светло-синие брюки и туфли от Гуччи. У нас есть основание думать, что этот человек совершил два убийства и что он сумасшедший. Он может совершить новое преступление. И я спрашиваю вас в последний раз, знаете ли вы автора этой картины?
Кендрик почувствовал, как по его спине побежала струйка холодного пота. Он вздрогнул, и Лепски заметил эту реакцию. Наступила пауза, в течение которой Кендрик старался прийти в себя. Выражение лица Криспина Грэга его испугало. Может ли Грэг быть этим убийцей? А если это он?.. Если это он и Кендрик сообщит сведения, которые приведут к его аресту, то сорок тысяч долларов улетучатся как дым! Этот сувенир не удастся больше продать.
— Я отдаю себе отчет в серьезности дела, — сказал он, опуская голову. — Инспектор Лепски, когда придут мои продавцы, я их спрошу. Или, что будет еще лучше, вы придете в понедельник утром и сами опросите их.
— Где ваши продавцы? — настаивал Лепски.
— Я не знаю. У меня их шесть. Я не знаю даже, где они живут… Сейчас они могут находиться где угодно. Они делают, что хотят, во время уик-энда. Но в понедельник они будут здесь.
— Послушайте меня внимательно, — сказал Лепски жестко. — Всякий, кто покрывает этого убийцу, становится соучастником двух убийств. Не забывайте этого! В понедельник утром я приду. — И он вышел из галереи.
Как только он исчез, Кендрик повернулся к Луи.