На стоянке номер три находился рыбацкий бот Мануэля. Сходни были убраны, но иллюминаторы светились.
Лепски крикнул:
— Эй, Торес, полиция!
Как раз в этот момент Мануэль и Фуентес чокались стаканами.
Фуентес побледнел, как полотно. Мануэль, похлопав его по руке, тихо произнес:
— Не волнуйся, я улажу это дело.
Он быстро отодвинулся в сторону и поднял крышку люка.
— Полезай вниз и сиди там тихо. Ничего не бойся.
Фуентес нырнул в люк, а Торес вышел на палубу.
— Мануэль Торес? — громко спросил Лепски.
— Да, а что случилось?
— Мы хотим с вами поговорить.
Мануэль сбросил на берег сходни и сошел на причал. Лепски предъявил ему свой жетон.
— Где Роберто Фуентес?
— Роберто Фуентес? — переспросил Мануэль, улыбаясь.
— Да, черт возьми! Ты не глухой! Мы разыскиваем его по делу об убийстве. Сукин сын должен дать показания. Где он?
— Дело об убийстве? — удивился Мануэль. — А, кое-что проясняется! Так я и думал, что здесь нечисто…
— Что проясняется?
— Роберто приходил вчера вечером. Он мне показался слишком взволнованным. Сказал, что ему необходимо срочно вернуться в Гавану. Просил одолжить ему денег. Я всегда стараюсь помогать друзьям и дал ему сто долларов. Вы, господин полицейский, поступили бы на моем месте точно так же. — Мануэль горестно вздохнул. — В общем, Роберто взял лодку и теперь, наверное, уже в Гаване.
— Какую лодку? — пробурчал Лепски.
— Не знаю. У него есть друзья в порту. Многие из них рыбачат. Некоторые плавают в Гавану. Мы, кубинцы, стараемся поддерживать друг друга. — Мануэль пожал плечами. — Про лодку я ничего не знаю.
Лепски ткнул пальцем в грудь Мануэля.
— Приятель, я подозреваю, что Фуентес находится на твоей грязной посудине, а ты мне лжешь!
— Господин полицейский, меня в порту знают очень многие и подтвердят, что я всегда говорю только правду. Пожалуйста, можете обыскать мое скромное жилище. Но вы никого там не найдете. Скорее всего, Фуентес сейчас гостит у своих родственников в Гаване. У вас есть ордер на обыск? Это, конечно, формальность, но ее следует соблюдать.
Лепски умерил свой пыл.
— Послушай, умник, ты ведь можешь стать соучастником преступления. Не боишься тюрьмы? Говори, Фуентес на твоей посудине?
Мануэль отрицательно покачал головой.
— Он уже в Гаване. Можете опросить всех кубинцев. Если у вас есть ордер на обыск, поднимайтесь на борт и ищите.
Лепски медлил. Он знал, что если обыщет бот и никого там не найдет, этот кубинец может запросто подать жалобу на имя мэра. Лепски не хотелось наживать неприятности, и он решил сначала доложить обо всем шефу.
Мануэль, наблюдая за детективом, успокоился.
— Я хочу спать, господин полицейский, — сказал он. — У меня тяжелая работа. Вам тоже пора отдыхать. Спокойной ночи.
Он почтительно кивнул Тому, поднялся на борт, убрал сходни и исчез в каюте.
— Похоже, он говорит правду, — заметил Якоби.
— Черт бы его побрал, — проворчал Лепски. — Он говорит такую же правду, как если бы я утверждал, что являюсь Гретой Гарбо.
Глава 4
Мария была в прекрасном настроении. К удивлению Уилбура, она заявила, что сегодня они будут ужинать в ресторане «Импресс», который открыт только для постояльцев отеля.
— Но ты ведь говорила, что там, как на кладбище, — изумился Уилбур, завязывая галстук. — Может, выберем что-нибудь повеселее? Мы могли бы потанцевать.
— Нет, будем ужинать в «Импрессе». Я хочу показать этим самодовольным старухам, что мои драгоценности лучше.
— Как хочешь, — согласился муж. — Тогда я достану бриллианты.
Он подошел к сейфу, который Дюлон вмуровал в стену специально для них, открыл его и достал шкатулку, обтянутую красной кожей.
Поставив шкатулку на туалетный столик, Уорентон облачился в смокинг, сел и стал наблюдать, как жена украшает себя бриллиантами. Она как раз надевала ожерелье, подаренное отцом Уилбура. Мария была красивой темноволосой женщиной, и мерцание бриллиантов делало ее неотразимой.
Когда Мэгги подкатила Брейди, сидевшего в коляске, к ресторану «Импресс», ее появление произвело фурор. Старики уже сидели за столиками, официанты подавали напитки. Метрдотель, порхая от столика к столику, расточал улыбки и рекомендовал отведать те или иные деликатесы. Так он пытался пробудить аппетит старых господ.
Заметив Мэгги, метрдотель подозвал помощника, отдал ему меню, а сам направился к Брейди, не забывая улыбаться в адрес медсестры.