Коммунисты тоже готовятся к борьбе. Создается подпольный областной комитет. Подпольная ячейка комсомола — верный помощник партии. В жестокой борьбе с кровавым польским фашизмом отцы и дети идут плечом к плечу. Такова Олеся, дочь подпольщика, машиниста водокачки. Таков Раймонд, сын члена ЦК польской компартии Раевского. Таков Андрий Птаха, молодой кочегар, которого дисциплинирует и закаляет подполье.
С коммунистическим приветом!
Н. Островский.
Гор. Сочи, Ореховая, 47. 14/IV-35 г.
206 С. С. Динамову
20 апреля 1935 года. Сочи.
Заведующему редакцией журнала «Интернациональная литература»
Дорогой товарищ Динамов!
Ваше письмо, когда я его слушал, напомнило мне такие еще памятные минувшие года. Сомкнутые кавалерийские ряды. Семьсот человек замерли. Даже кони послушны команде и смирны. Командир бригады, искушенный в боях человек, которого трудно чем-либо удивить, читает слова приказа, такие, казалось бы, простые. Но сердце вздрагивает радостно и призывно от слов: «За мужественное поведение и находчивость, проявленные в бою, объявить благодарность…» Затем неповторимо знакомое имя. Рука до боли сжимает поводья. Такие слова зовут вперед… Я хочу, чтобы это ваше письмо мне не было единственным. Никто из многих не ищет так жадно, как я, тех, чей опыт так нужен начинающим. Я знаю, что вы расскажете, как будет претворяться в жизнь ваше решение о переводе. Можете себе представить, с каким нетерпением я буду ждать этих ваших писем. То, что «Сталь» перешагнет рубеж, наполняет мое сердце волнением…
Я только несколько дней назад возвратился к paботе. Нелепая, ненужная болезнь на полтора месяца оторвала меня от труда. Сейчас окунаюсь с головой в трудную, но изумительно прекрасную, радостную работу.
В ближайшие дни ко мне приезжает из Киева бригада Украинфильма для работы над сценарием по роману «Как закалялась сталь». ЦК комсомола Белоруссии сообщает о переводе на белорусский язык моей книги. Это — шестой язык, на который будет переведена книга в Союзе. Послезавтра стоит мой творческий отчет на заседании Сочинского горкома ВКП(б) у меня на квартире.
Я никогда не думал, что жизнь принесет мне такое огромное счастье. Жуткая трагедия разгромлена, уничтожена, и вся жизнь заполнена всепобеждающей радостью творчества. И кто знает, когда я был счастливее — юношей с цветущим здоровьем или сейчас?..
Хочу, чтобы вы ощутили пожатие моей руки.
Ваш Н. Островский.
20/IV — 35 г.
Сочи, Ореховая, 47.
207 Р. М. Шпунт и И. Ф. Белецкому
20 апреля 1935 года, Сочи.
Добрый день, товарищи Ревекка и Ваня!
Твое письмо, Рива, и газеты получил. Благодарю. Очень приятно знать, что товарищи беспокоятся о моем здоровье. Кризис прошел, температура нормальная. Большая слабость, но уже есть силы понемногу работать. Вновь вступил в строй (действующих предприятий).
В первую очередь вспомнил ваше поручение. Статья отослана. За качество не судите, написано в спешке (на слабую голову).
Я уже писал тебе, что на Украине решено создать кинофильм по роману «Как закалялась сталь».
В. И. Дмитриева, старая писательница, автор нескольких романов («Червоний хутор», «Так было» и др.), всегда была близка революционным слоям подпольной России, в советский период ничего не писала, потому ты ее и не знаешь. Я не знаю, удастся ли ей создать пьесу о комсомоле, но она все же человек талантливый и с большим опытом. Она член ССП — персональная пенсионерка Республики. Ваня сам решит, выйдет у нее пьеса или нет.
Посылаю тебе копию письма (редакции журнала «Интернациональная литература») (для информации). Спасибо тебе за твои хлопоты обо мне в издательстве. Не забудь проверить исполнение их слов. Слово легче дать, чем выполнить его.
24 апреля мой творческий отчет на заседании бюро горкома ВКП(б). Заседание будет происходить у меня на квартире. Начал работу над романом, и так все опять двинулось вперед. С яростью вспоминаю о бесполезно погибшем месяце. Как хорошо, что все это кончилось, я стал опять хорошим парнем. Держи со мной связь. Рива, рассказывай обо всем интересном.