Точно так же здесь довольно часто происходила подпольная торговля, связанная с Потусторонними ингредиентами и мистицизмом, и существовало множество кругов.
«Эти небольшие порты всё равно лучше. Нам вообще не нужно бояться, что нас обнаружат, и мы можем просто открыто сидеть в баре, вступать в споры с авантюристами и даже сражаться с ними. До тех пор, пока мы не создадим никаких проблем или не станем причиной чьих-либо смертей, местные официальные Потусторонние будут закрывать глаза. Хех, если они хотят вмешаться, то с их силой им, как правило, приходится идти на огромный риск…» — с насмешкой подумал Даниц.
В этот момент он услышал шаги и увидел, как со скрипом открылась дверь. В поле его зрения появилось знакомое лицо.
— Старик, ты что, сегодня не пил? — Даниц улыбнулся и поздоровался.
В дверях стоял один из связных Золотой Мечты архипелага Рорстед, старик Ринн.
Старый Ринн дважды кашлянул и уступил дорогу.
Даниц шагнул в тёмную комнату, его нос внезапно дёрнулся.
Он уловил нотки вина «Ланти Пруф».
«Нет, старик Ринн любит пить Баямский Чёрный Рэнд местного производства!» — когда эта мысль промелькнула у него в голове, Даниц пришёл в ужас.
Сразу же после этого он увидел, как мужчина, стоявший к нему спиной, поднялся на ноги. Он был высоким, темноволосым и мускулистым, а его волосы были завиты, словно кудри.
«Стальной Мавети!» — зрачки Даница резко сузились.
Это был второй помощник Адмирала Крови, великий пират с наградой в 6000 фунтов!
***
Дул морской бриз, раскачивая тонкие, жёсткие листья на деревьях.
Клейн шёл по Прибрежной улице с обычной скоростью. Люди же вокруг, напротив, спешили и шли быстро.
Его духовная интуиция подсказывала ему, что пройдёт некоторое время, прежде чем начнётся шторм, и что он успеет найти гостиницу.
*Шуууу*
Шум ветра становился всё громче и громче. Ветви деревьев опали на землю, и на улице осталось не так много людей.
Клейн уже собирался свернуть в другой переулок, когда услышал звук торопливого, но беспорядочного бега.
*Топ! Топ! Топ!*
Даниц бежал, используя все свои силы, но улица перед ним начинала шататься.
Он испытывал сильную боль от раны, чувствуя, что его жизненные силы быстро иссякают. Его Духовное Тело частично покинуло его, приближаясь к легендарному Подземному Миру. Что касается окружающих звуков, он мог лишь смутно слышать их, и всё, что было в поле его зрения, выглядело словно ненастоящие.
Если бы не Теневой Плащ, нападение из засады убило бы его. Но даже в таком случае он всё ещё был тяжело ранен и мог пасть мёртвым на улице в любой момент.
Он заставлял себя бежать в сторону Прибрежной улицы из-за своего желания предупредить капитана, что их пункт связи был уничтожен Адмиралом Крови, а также проблеска надежды, принесённым этим сумасшедшим, но могущественным типом.
«Будь он на моём месте, то определённо смог бы вырваться из рук приспешников Стального Мавети…» — Даниц начал пошатываться, и его тело постепенно холодело.
Как раз в тот момент, когда он был готов упасть в обморок, он увидел Германа Спэрроу, стоящего на углу улицы. Его утончённое лицо, скрывавшее безумие, в этот момент казалось таким добродушным.
*Хлоп*
Даниц упал на спину, его руки безвольно свисали с груди, обнажая отвратительную, огромную рану, которая была нанесена его органам.
— Скажи Капитану, что старика Ринна обнаружили. Стальной Мавети сделал это ради того сокровища! — Даниц увидел, как Герман Спэрроу опустился на колени рядом с ним, поэтому торопливо заговорил.
Клейн вспомнил о награде, предложенной за Стального Мавети, и спросил в ответ: — Адмирал Крови?
— Да, скажи Капитану! С-скажи капитану! — произнося это, Даниц с трудом сделал вдох.
Закончив говрить, он печально улыбнулся.
— Не беспокойся обо мне. Я с-скоро умру. Скажи Капитану, что все деньги, которые я накопил, были превращены в недвижимость. Квартиры с 12 по 16 на проспекте Эмириса в Баяме. Документы на право собственности с-спрятаны в стене подвала 13-го блока. П-помоги мне их продать. О-отвези деньги в город Южного Интиса, Элему. О-отдай деньги моим родителям. С-скажи, что я действительно сколотил состояние…
Даниц сделал паузу, затем с большим трудом произнес: — С-скажи, что я стал выдающимся авантюристом. Также… Помоги мне с-сказать, что я сожалею…
Его глаза внезапно стали влажными, как будто он вспоминал ту бунтарскую юность прошедших времён.
«Мне жаль, отец, мама. Я… Я не смог вернуться домой…» — у Даница потемнело в глазах, и он почувствовал, что его жизнь подходит к концу.