Молча, он прошел сквозь каменную стену и вошел в другое здание.
Он использовал этот метод, пока не добрался до последнего дома. Согласно его первоначальным впечатлениям о городе, он был уже совсем близко к собору. Чтобы добраться до него, ему понадобится не более двух Пламенных Прыжков.
В этот момент багровый свет луны, проникавший сквозь темные занавески, не собирался ослабевать. Клейн мог смутно видеть фигуры, проходящие мимо дома, как будто они вели обычную жизнь.
Не имея возможности продвинуться подальше, Клейн мог лишь присесть на деревянный стул, стоявший на некотором расстоянии от окон.
Только в этот момент он вспомнил детали своей встречи с Демонессой Панатией.
На самом деле она – убийца, вызвавшая Великий Смог Баклунда. Из-за нее погибли десятки тысяч людей. Еще больше людей испытали боль от потери своих близких.
Старый Колер, который тяжело работал, чтобы жить, мэм Лиз, которая тяжело работала, чтобы вырастить двух своих дочерей... Клейн закрыл глаза, поднял голову и сделал глубокий вдох.
Он заставил себя освободиться от гнева и ненависти, внезапно вспыхнувших в нем, и спокойно наблюдал за развитием событий.
К сожалению, я не дал Сеньору надеть этот Цветок Крови, иначе он мог бы еще некоторое время сопротивляться. Однако выбора не было. Ношение кольца со способностями Епископа Розы во Вратах Чаниса было бы сродни самоубийству...
Теперь единственный мистический предмет, который я могу использовать – это Ползучий Голод. Внутри есть способности Зомби, Барона Коррупции, Апостола Желаний и Путешественника...
Да, я должен проверить, смогу ли я связаться с серым туманом, молясь при ясной багровой луне...
... Не получается...
Теперь я могу подтвердить, что даже с марионеткой между нами, на меня все равно будут действовать чары и подстрекательство демонессы...
Раз Панатия может выпустить чуму в больших масштабах, почему она не напала на меня втайне? Вместо этого она подождала, пока я почти потерял контроль, увидев ее неполную форму Мифического Существа, прежде чем распространять болезни?
Хм, она определенно могла бы это сделать. Великий Смог Баклунда – лучшее доказательство... Есть два объяснения. Во-первых, это потому, что я был лично "послан" сюда ангелом. Это заставило ее обратить на меня пристальное внимание, опасаясь, что распространение чумы заранее будет обнаружено моей духовностью. Во-вторых, она чего-то боится, поэтому не осмеливается покрыть территорию своей чумой... Если это последнее, то здесь есть и другие опасности...
Размышляя над этим вопросом, Клейн почувствовал, как его духовное восприятие на что-то отреагировало, а по спине пробежал холодок.
В этот момент он увидел, как тень, покрывавшая его и окружающее пространство, внезапно сгустилась, проникая в его ноздри, рот и уши!
Глава 836. "Швыряние едой"
В этот момент тень, казалось, стала материальной. Холодная и влажная, она тут же сковала Клейна внутри себя, словно комара в янтаре.
Фигура Клейна истончилась и уменьшилась, превращаясь в бумагу, которая очень быстро сгнила, став грязью.
Бумажные фигурки!
Заранее предчувствуя опасность, он вовремя использовал бумажную фигурку!
Его фигура в черной рясе появилась на другом конце стола, он открыл рот и произнес:
— Бах!
В этот момент сознание Клейна внезапно помутилось, и он почувствовал, что все вокруг стало расплывчатым и нечетким.
Он мгновенно понял, что его насильно втянули в сон!
И этим он также подтвердил одну вещь – способность сохранять ясное сознание во снах уже закрепилась и стала единым целым с ним, больше нет никакой необходимости прибегать к серому туману, чтобы ее использовать!
После недолгой борьбы Клейн внезапно проснулся и увидел, что тени в доме медленно надвигаются на него, словно приливная волна.
— Бах!
Произнеся этот звук, он выстрелил необычайно мощной воздушной пулей!
Пуля попала в тень, оставив в ней огромную дыру.
Тени вокруг пустого пространства, словно поток воды, тут же хлынули заполнять его, возвращая поток теней к изначальному состоянию. Клейн не упустил возможность и откатился в сторону, а его левая перчатка окрасилась в темно-зеленый цвет.
С грохотом место, где он стоял, было пробито вылетевшим из тени комком плоти и крови, забрызгавшим собою темно-красный ковер со странной плесенью.