Хотя процесс умозаключения неверен, ответ на самом деле правильный... Клейн усмехнулся и сказал:
— Если бы его целью был дневник семьи Антигон, то ему не было бы нужды вступать в ряды Ночных Ястребов. До того как церковь получила дневник, у Клейна было много возможностей забрать его. И даже после того, как она получила дневник, у него также были способы получить его. Ты должен понимать ситуацию того времени лучше, чем я. Если целью был дневник семьи Антигон, почему он не забрал его?
После насмешек Дуэйна Дантеса Леонард Митчелл понял, что его теория полна логических противоречий.
Он медленно сделал глубокий вдох и сказал:
— Тогда зачем ему понадобилось дважды проникать за Врата Чаниса? Он ничего не забрал, ничего не оставил, и даже вошел в странное состояние.
После сказанного Леонард увидел, как Дуэйн Дантес со своими седыми бакенбардами выдал глубокую, проникновенную улыбку.
— Я не уверен в причине последнего проникновения. Возможно, тебе стоит спросить Богиню Вечной Ночи.
Богиню... Что он имеет в виду? Леонард мгновенно почувствовал тревогу и недоумение. Он не мог себе представить, что произошло за Вратами Чаниса собора Святого Самуила.
Вслед за этим он услышал, как Дуэйн Дантес с глубоким смехом сказал:
— Что касается твоего первого вопроса, я думаю, ты в чем-то ошибаешься. Члены нашей организации из разных мест и вступают в нее по разным причинам. Их собственные цели не касаются организации. Как и мои. Причина, по которой я пришел сюда, кроется в фамилии, которую я себе дал.
Дантес... Возвращение Графа... Он вступил в тайную организацию, поклоняющуюся Шуту, чтобы отомстить? Леонард задумчиво кивнул.
Клейн сделал паузу на несколько секунд, небрежно потягивая красное вино и улыбаясь, после чего продолжил:
— Он, воскресший из-за проклятия дневника семьи Антигон, совершает подобные поступки ради мести.
Клейн намеренно назвал свою нынешнюю фамилию, Дантес, и упомянул о мести. Это было сделано для того, чтобы заранее разделить себя и Клейна Моретти. Это должно помешать Леонарду впоследствии заметить схожесть их целей и начать устанавливать между ними более глубокую связь.
Личное упоминание об этом заставит мысли собеседника следовать желаниям Клейна. Таким образом, Дуэйн Дантес и Клейн Моретти будут восприниматься как два совершенно разных человека. Единственным сходством были их мысли о мести. И в этом мире было определенно больше двух мстителей.
Леонард неосознанно опустил правую ногу, наклонившись вперед.
— Месть? Кому он хочет отомстить?
Услышав этот вопрос, элегантный и красивый джентльмен средних лет улыбнулся.
— Ланевусу и... Инсу Зангвиллу.
— Инсу Зангвиллу... – повторил Леонард. Его выражение лица неоднократно менялось. Наконец, он замолчал.
Его расфокусированные зеленые глаза смотрели вперед, а мысли оставались загадкой.
*Фух...* После долгого молчания Леонард выдохнул и разжал свои первоначально сжатые руки.
Он спросил немного хриплым голосом:
— Ланевус действительно был убит им?
— Да, – Клейн тоже мысленно выдохнул, спокойно отвечая.
Рот Леонарда открылся, как будто он хотел что-то сказать, но не сказал. Он плотно сжал губы.
Поняв, что его цель достигнута, Клейн тут же сменил тему и усмехнулся.
— Если у тебя есть подобная цель или тебе нужна какая-либо иная помощь, ты также можешь воспеть Его почетное имя. Возможно, ты получишь ответ.
Это таинственное существо – Шут? Леонард решил, что Дуэйн Дантес по привычке занимается вербовкой и пытается развивать тайную организацию. Поэтому он не стал размышлять дальше и ответил молчанием.
Затем Клейн рассмеялся.
— Кстати, помоги мне передать сообщение Паллезу Зороасту. Один из членов нашей организации столкнулся с богохульником Амоном в Забытой Земле Богов.
Эти слова содержали огромное количество информации, настолько большое, что Леонард на время растерялся.
Забытая Земля Богов? Забытая Земля Богов, которую не могут найти даже семь церквей? Их тайная организация действительно имеет членов, которые могут войти в Забытую Землю Богов!
Богохульник Амон... Старик сказал мне, что он скрывается от высокоуровневого потустороннего с фамилией Амон. Он был серьезно ранен Амоном, и ему ничего не оставалось, как паразитировать на мне...
Тон и отношение Дуэйна Дантеса действительно напоминают древнего монстра, живущего с Четвертой Эпохи. Он находится на том же или подобном уровне, что и Старик... Перед ним я действительно не чувствую никакого превосходства. Я чувствую, что, находясь рядом с ним, теряю свою уверенность...