Эмма утвердительно кивнула.
— Более того, из всего сказанного следует, что он в свое время унаследовал бы и Рутерфорд-холл, и землю, примыкающую к нему, которая в настоящее время в большой цене, так как нужна для постройки больших домов.
Эмма посмотрела на него со слегка испуганным выражением.
— Да, я раньше об этом не думала.
— Ну, теперь беспокоиться не о чем, — сказал инспектор Крэддок. — Вы правильно поступили, придя сюда и рассказав обо всем. Я наведу справки. Но мне кажется совершенно ясным, что нет связи между женщиной, которая написала письмо и, очевидно, пыталась выудить у вас деньги надувательством, и женщиной, тело которой обнаружено в саркофаге.
Эмма поднялась с чувством облегчения.
— Я рада, что рассказала вам. Вы так добры ко мне.
Крэддок проводил ее до двери. Потом позвонил по телефону сержанту Уэтераллу из сыскного отделения.
— Боб, у меня есть для тебя дело, Пойди по адресу Элверс Крезент, дом 126, квартира 10. Возьми с собой фотографию женщины, обнаруженной в Рутерфорд-холле. Узнай все, что можно, о женщине, называющей себя миссис Мартина Крекенторп. Она или жила там, или заходила за письмами в период, скажем, с 15-го по конец декабря.
— Слушаюсь, сэр.
Крэддок занялся другими делами, которые ждали на столе своей очереди. После полудня он вышел повидаться со своим другом, театральным агентом. Его расследования оказались безрезультатными.
Позднее в тот же день, вернувшись на работу, он нашел у себя на столе телеграмму из Парижа.
«Подробности, сообщенные вами, могут относиться к Анне Стравинской из балетной труппы Марицкого. Советую лично срочно приехать сюда. Дззин, полицейская префектура».
У Крэддока вырвался вздох облегчения, ему показалось, что у него свалилась с плеч гора. Морщинки на его лбу разгладились.
«Наконец-то. Теперь легче разобраться с этой Мартиной Крекенторп», — подумал он и решил этой же ночью вылететь в Париж.
Глава 13
— Так любезно с вашей стороны было пригласить меня на чай, — сказала мисс Марпл Эмме Крекенторп.
Мисс Марпл сегодня выглядела особенно полной, она вся была закутана в шерстяные вещи, настоящая пожилая приятная дама. Оглядевшись по сторонам, она заулыбалась, увидев Гарольда Крекенторпа в хорошо сшитом темном костюме, Альфреда, с очаровательной улыбкой предлагавшего ей сандвичи, Гедрика, стоявшего у камина в своем поношенном твидовом пиджаке и сердито смотревшего на всех остальных членов семьи.
— Мы очень рады, что вы смогли приехать к нам, — сказала вежливо Эмма.
Сейчас уже не осталось и намека на ту сцену, которая немного раньше, как раз после обеда, разыгралась здесь после того, как Эмма воскликнула:
— О, господи! Я совсем забыла сказать. Я разрешила мисс Айлесбэроу пригласить к нам сегодня на чай свою престарелую тетушку.
— На что она нам здесь нужна, — бесцеремонно заявил Гарольд. — Мы еще сами о многом не переговорили. И нам ни к чему здесь посторонние люди.
— Пусть выпьет чаю на кухне или еще где-нибудь вместе со своей племянницей, — сказал Альфред.
— Нет, я так не могу, — твердо заявила Эмма. — Это чересчур уж невежливо.
— Пусть, пусть она придет сюда, — сказал Гедрик. — Мы сможем что-нибудь выведать у нее об этой необыкновенной Люси. Мне бы хотелось побольше узнать о ней, вот что я скажу. Я не полностью доверяю ей. Уж слишком она ловкая.
— У нее большие связи, и она совершенно искренна, — сказал Гарольд. — Это уж я постарался выяснить. В таких вещах нужна уверенность. Ведь Люси совала свой нос где надо и где не надо и обнаружила труп.