— Да. Ей очень понравилось.
— Это заметно. До чего же странная любовь у старых особ ко всякого рода сборищам, пусть даже скучным. И, право же, нет ничего скучнее, чем Рутерфорд-холл. Меня хватает здесь лишь на два дня. И как вы так сжились с этим, Люси? Вы не будете возражать, если я стану называть вас Люси?
— Нет, не буду. А я не считаю, что здесь чересчур скучно. Конечно, мне ведь не всегда здесь оставаться.
— Я все время наблюдал за вами. Вы ведь симпатичная девушка. Слишком симпатичная для того, чтобы посвятить себя кухне и уборке.
— Спасибо, но я предпочитаю готовить и убирать для кого-нибудь, чем по супружескому долгу.
— Как и я. Но есть и другие пути в жизни. Вы могли бы жить совершенно свободно.
— А я свободна.
— Нет, не так. Я хочу сказать, вы могли бы работать для себя, направляя свой разум против…
— Против кого?
— Да против сильных мира сего! Против всех глупых крючкотворных правил и предписаний, которые в каше время всех нас так стесняют. И самое интересное, что всегда их можно обойти, если вы достаточно симпатичны для этого. А вы такая и есть. Ну, скажите, нравится вам такая идея?
— Возможно.
Люси развернула машину и завела ее в гараж.
— Ну как, не хотите связываться?
— Мне бы хотелось побольше узнать.
— Честно говоря, моя милая, я мог бы вас пристроить к делу. В вас есть что-то такое привлекательное, внушающее доверие.
— Вы хотите, чтобы я помогала вам продавать золотые слитки?
— Нет, зачем так рисковать. Просто чуть-чуть обойти закон, ничего больше. — Рука его скользнула по ее плечу. — Вы чертовски симпатичная девушка, Люси. Мне бы хотелось иметь такого партнера в деле.
— Я польщена.
— И больше ничего? Подумайте! Подумайте, как весело и какое получаешь удовольствие от того, что перехитрил всех этих рассудительных, степенных людей. Вся печаль в том, что для дела нужен капитал.
— Боюсь, что деньгами не могу вам помочь.
— О, я совсем не туда клоню! Не так уж долго осталось ждать, когда ко мне в руки кое-что попадет. Мой достопочтенный папаша ведь не проживет вечно, наш жадный старый деспот. Когда он испустит дух, я получу кое-что существенное. Так как же, Люси?
— А какие условия?
— Поженимся, если уж вам так хочется. Все женщины одинаковы, независимо от того, насколько они преуспевают и обеспечены в жизни. И ко всему прочему, замужняя женщина не даст показаний против своего мужа.
— Ну, это не так уж приятно слышать!
— Бросьте, Люси. Разве вы не понимаете, что я уже попался к вам на крючок.
Совершенно неожиданно Люси почувствовала себя счастливой. Альфред в какой-то мере обладал обаянием, исходившим, возможно, от его жизнерадостности. Она засмеялась и выскользнула из его объятий:
— У меня нет времени для флирта, нужно подумать об ужине.
— Вот так всегда и получается, Люси. А вы ведь хорошо готовите! Что сегодня на ужин?
— Подождите, увидите. Вы точно такой, как и наши мальчики.
Они вошли в дом, и Люси поспешила на кухню. К ее удивлению, вскоре на кухне появился Гарольд Крекенторп.
— Мисс Айлесбэроу я хотел бы с вами кое о чем поговорить.
— А нельзя ли немного позже, мистер Крекенторп? Я сейчас очень занята.
— Конечно, конечно. После ужина?
— Да, так будет лучше.
Ужин был подан в должное время и оценен сидящими за столом. После того, как Люси закончила уборку и вымыла посуду, она вышла в холл, где ее уже ждал Гарольд Крекенторп.
— Слушаю вас, мистер Крекенторп.
— Давайте, пойдем вот сюда.
Он открыл дверь в гостиную, пропустил ее вперед и плотно закрыл дверь.
— Завтра рано утром я уезжаю, — объяснил он, — но я хотел сказать вам, насколько я поражен вашими способностями.
— Спасибо, — ответила Люси, чувствуя себя несколько удивленной.
— Я чувствую, что ваши таланты здесь пропадают, зря пропадают.
— Правда? Я так не думаю.
«Во всяком случае, уж он-то не сможет просить меня выйти за него замуж, — подумала Люси, — у него уже есть жена».
— Я предлагаю, чтобы вы, доведя до конца заботу о нас всех в это прискорбное для нас время, позвонили мне по телефону в Лондоне. Если у вас появится желание назначить время для встречи, я оставлю указания на этот счет своему секретарю. Я думаю, вы будете приятно удивлены.
Улыбка его стала великодушной.
— Спасибо вам, мистер Крекенторп, — ответила Люси сдержанно. — Я об этом подумаю.