— Лично для меня — это не такая уж заманчивая перспектива, — Люси встала и взялась за поднос.
— Разрешите, это сделаю я, — сказал Брайен, беря поднос из ее рук.
Они вместе пошли на кухню.
— Хотите, я помогу вам вымыть посуду? Мне очень нравится кухня, — добавил он. — Вообще-то я знаю, что в наше время не многие любят хозяйство, но я люблю весь этот дом. Может быть, дурной вкус, но это правда. А в парке легко можно посадить самолет, — добавил он с энтузиазмом.
Брайен взял полотенце и принялся вытирать ложки и вилки.
— Жаль, что поместье достанется Гедрику, — заметил он. — Первое, что он сделает, это продаст его и снова закатится куда-нибудь за границу. Я сам вот никак не пойму, почему Англия для всех стала плоха. Гарольд тоже не захочет этого дома. А для Эммы он, конечно, слишком велик. Вот если бы дом перешел к Александру, то мы были бы здесь счастливы, как два беззаботных и жизнерадостных человека. Конечно, было бы приятно иметь в доме женщину. — Он задумчиво поглядел на Люси. — Но какой толк от разговоров. Ведь чтобы дом перешел к Александру, им всем сначала нужно умереть. Но вероятность этого не так уж велика. Я вижу, старик мог бы легко дожить и до ста лет, просто для того, чтобы доставить неприятность всем остальным. Я думаю, что он не очень-то убивался, узнав о смерти Альфреда.
— Нет, совсем не убивался, — подтвердила Люси.
— Сварливый старый черт, — весело сказал Брайен Истлеу.
Глава 22
— Какие ужасные вещи болтают повсюду, — миссис Киддер была взволнована. — У меня терпения не хватает их слушать. Даже просто не верится.
Она выжидательно и с надеждой смотрела на Люси.
— Могу себе представить, — ответила та.
— О трупе, который нашли в Длинном сарае, — продолжала миссис Киддер, — говорят, будто она была возлюбленной мистера Эдмунда во время войны, а теперь приехала сюда. Но за ней увязался ее ревнивый муж. Вот он-то и убил ее. Вообще это очень похоже на то, что делают иностранцы. Но как, по-вашему, могла появиться ревность через столько лет?
— Мне кажется это очень неправдоподобным.
— Но говорят и еще похуже, — продолжала миссис Киддер. — Ведь люди всякое болтают. Будто мистер Гарольд женился где-то за границей, а та приехала сюда и узнала, что он имеет еще одну жену, то есть леди Алису. Иностранка решила подать на него в суд, мистер Гарольд заманил ее сюда и прикончил. А потом спрятал труп в саркофаг. Вы когда-нибудь могли себе представить, что могут наговорить люди!
— Ужасно, — ответила рассеянно Люси, думая совершенно о другом.
— Конечно, я их даже не слушаю, — сказала миссис Киддер осуждающе. — И сама я нисколько не верю этим сказкам. Надеюсь, ни одна из них не дойдет до ушей мисс Эммы. Это может огорчить ее, а я бы этого не хотела. Она очень хорошая леди, наша мисс Эмма. И о ней я не слышала ни одного плохого слова. Ни единого! И, конечно, после того, как умер мистер Альфред, теперь никто плохо о нем не говорит. Даже не говорят, что это божья кара, а уж такое они могли бы сказать. Ну, ведь правда же, это просто ужасно, все эти злобные разговоры?
Миссис Киддер выкладывала сплетни с безмерным удовольствием.
— Должно быть, вам ужасно неприятно слушать подобные разговоры, — посочувствовала ей Люси.
— О, конечно, — подтвердила миссис Киддер. — Очень даже неприятно. Я все спрашивала и спрашивала у своего мужа — ну как же можно такое болтать?
У входной двери зазвонил звонок.
— Это доктор, мисс. Вы откроете ему или мне пойти?
— Я открою сама.
Но это оказался не доктор. На пороге стояла высокая элегантная дама в норковой шубе. А на посыпанной гравием дорожке виднелся урчащий «Роллс-Ройс», за рулем которого сидел шофер.
— Могу я видеть мисс Змму Крекенторп?
У нее был приятный голос и немного грассирующее «р». Женщина выглядела эффектно. Ей было от силы лет тридцать пять.
— Простите, — сказала Люси, — но мисс Крекенторп больна и лежит в постели. Она никого не может принять.
— Да, я знаю, что она заболела. Но это очень важно.
— Боюсь, что… — начала Люси.
Но посетительница перебила ее:
— Я думаю, вы — мисс Айлесбэроу, не так ли?
Она улыбнулась, и улыбка у нее тоже была приятной.
— Мой сын говорил мне о вас. Я леди Стоддат-Уэст.
— О, теперь понимаю, — сказала Люси.
— И очень важно, чтобы я увиделась с мисс Крекенторп, — продолжала женщина. — Я знаю все о ее болезни и заверяю вас, что здесь не просто обычный светский визит. Это связано с тем, что мне рассказали мальчики, вернее, о чем рассказал мой сын. Мне кажется это чрезвычайно важным. Пожалуйста, скажите Эмме обо мне.