— Нет, не могу.
— Потом еще одно. Этот конверт от письма Эммы, отправленного ею в Лондон. То, что его нашли в Рутерфорд-холле, означало, что женщина действительно была там.
— Но убитая женщина не была там! — сказала мисс Марпл, усиленно подчеркивая слово «там».
— Она не была там в том смысле, в каком вы имеете в виду. Она попала в Рутерфорд-холл лишь после того, как была убита. Ее столкнули с поезда на железнодорожную насыпь.
— Ах, да.
— Но конверт действительно подтверждает, что убийца там был. Можно предположить, что он взял этот конверт вместе с другими документами и вещами. А потом случайно или по ошибке уронил его. Хотя теперь я уже сомневаюсь, было ли это случайно? Я уверена, что инспектор Бэйкен и ваши люди в полиции тщательно обыскали поместье, но ничего не нашли. Так ведь? Только позже конверт оказался в котельной.
— Ну, это можно понять, ведь старый садовник всегда собирал всякие бумажки и прочий мусор, разбросанный вокруг, и складывал на растопку котла.
— Конверт оказался именно там, где его удобно было отыскать мальчикам, — сказала задумчиво мисс Марпл.
— Вы считаете, что его специально подбросили?
— Ну, я, право, не знаю. А вообще-то совсем нетрудно догадаться, куда именно направятся для розысков мальчики. А может быть, даже и подсказать им… Да, я все время размышляю над этим. А вас это заставило прекратить думать об Анне Стравинской, не так ли?
— Вы полагаете, что на самом деле это она и есть? — спросил Крэддок.
— Я думаю, что кто-то очень забеспокоился, когда вы начали вести расследование о ней. Вот и все… Я думаю, что кто-то не хотел, чтобы такое расследование велось и впредь.
— Давайте будем исходить из того основного факта, что кто-то хотел выдать себя за Мартину, — сказал Крэддок. — А потом по неизвестной причине вдруг отказался от этого. Почему?
— Это очень интересный вопрос, — сказала мисс Марпл.
— Ведь кто-то же послал телеграмму, извещавшую, что Мартина возвращается во Францию, но затем организовал поездку сюда вместе с ней и по дороге убил ее. Пока вы со мной во всем согласны?
— Не совсем, — ответила мисс Марпл. — Все же мне не кажется, что это так просто.
— Вы путаете все мои карты, — воскликнул Крэддок.
Мисс Марпл сказала с обидой, что ни о чем подобном она и не помышляла.
— Ну, хорошо, а есть ли у вас хотя бы предположение, кто такая убитая женщина?
Мисс Марпл вздохнула.
— Так сложно, — сказала она, — поставить все на свои места. Я не имею представления, кто она, и в то же время почти уверена, что знаю ее, если вы понимаете, что именно я имею в виду.
Крэддок вскинул голову.
— Знать, что именно вы имеете в виду? Да я и представить себе не могу!
Он посмотрел в окно.
— Люси Айлесбэроу приехала повидаться с вами, — сказал он.
— О, это уж слишком. Сегодня у меня совсем неважное настроение. И принимать молодую женщину, пышущую здоровьем, упивающуюся своим успехом, выше моих сил.
Глава 25
— Я посмотрела в словаре значение слова «тонтина», — сказала Люси.
Обмен взаимными приветствиями уже закончился, и теперь Люси бесцельно ходила по комнате, то притрагиваясь к фарфоровой собачке, то к пластмассовой шкатулке, где лежало незаконченное еще вышивание.
— Я так и думала, — ответила ей мисс Марпл спокойным голосом.
Люси начала медленно, слово в слово, повторять то, что вычитала в словаре:
— «Лоренцо Тонти, итальянский банкир, в 1653 году предложил новую форму ренты, по которой доля умерших членов, получавших данную ренту, присоединяется к долям дохода живущих наследников». — Люси замолчала. — Это именно то, на что вы намекали? Весьма подходит к данному случаю. А вы думали об этом еще до того, как произошли эти два смертельных случая?
И она снова принялась почти бессознательно ходить взад-вперед. Мисс Марпл сидела и наблюдала за ней. Это была уже совсем другая Люси Айлесбэроу, не та, которую она знала прежде.
— Мне кажется, что все так и было задумано, — продолжала Люси. — Завещания такого рода иногда приводят к тому, что остается в живых только один наследник и получает все. И там ведь очень большая сумма, правда?
— Вся беда в том, — ответила ей мисс Марпл, — что нет предела людской жадности. Человек не хочет никого убивать; даже и не помышляет об убийстве. Он просто вдруг становится жадным и желает получить больше, чем может. — Она отложила вязание и посмотрела куда-то вдаль, в пространство. — Именно по такому поводу я в первый раз и встретилась с инспектором Крэддоком. Дело происходило в деревне, недалеко от Меденхэмсона. Все началось именно таким образом. Просто слабохарактерность у довольно милого человека, который захотел иметь много денег. Денег, к которым он не имел никакого отношения. Но ему казалось, что он может весьма просто их заполучить. Тогда еще не было и мысли об убийстве. Все казалось настолько легким и несложным, что вряд ли могло казаться чем-то предосудительным. Вот так все начиналось… А закончилось смертью трех человек.