– Но она не звонила доктору, – прервала Розамунд. – Я спрашивала у него.
– Кому же она звонила? – резко осведомилась Сьюзен.
– Не знаю, – ответила Розамунд. По ее лицу скользнула тень раздражения. – Но надеюсь узнать, – добавила она.
Эркюль Пуаро сидел в викторианской беседке. Он вынул из кармана большие часы и положил их на столик перед собой.
Пуаро сообщил, что отбывает двенадцатичасовым поездом. До отъезда оставалось полчаса. Полчаса до того, чтобы кое-кто принял решение и пришел к нему. Возможно, даже не один человек…
Беседка хорошо просматривалась из большей части окон дома. Вскоре кто-то должен сюда прийти.
Если этого не произойдет, значит, его знание человеческой натуры несовершенно, а основные выводы неверны.
Пуаро поджидал – как поджидал муху паук в паутине у него над головой.
Первой пришла мисс Гилкрист, выглядевшая взволнованной и расстроенной.
– О, мсье Понтарлье… не помню вашу другую фамилию… – запинаясь, начала она. – Я пришла поговорить с вами… Правда, мне не хотелось, но я чувствовала, что должна это сделать… Я имею в виду, после того, что случилось утром с миссис Лео… Думаю, мистер Шейн прав – это не совпадение и, конечно, не удар, как предположила миссис Тимоти, потому что у моего отца был удар и он выглядел совсем по-другому, да и доктор уверен, что это сотрясение мозга!
Мисс Гилкрист перевела дух и умоляюще посмотрела на Пуаро.
– Да-да, – мягко и ободряюще отозвался он. – Вы хотите что-то мне сообщить?
– Я уже говорила, что мне не хотелось этого делать, потому что она была так добра – нашла мне место у миссис Тимоти и вообще… Я чувствую себя неблагодарной. Она даже отдала мне ондатровый жакет миссис Ланскене – такой красивый, сидит прекрасно, и совсем незаметно, что мех с одной стороны немного вытерся. А когда я хотела вернуть ей аметистовую брошь, она и слушать не пожелала…
– Вы имеете в виду миссис Бэнкс? – осведомился Пуаро.
– Да, но понимаете… – Мисс Гилкрист смотрела вниз, нервно сплетая пальцы рук. Внезапно она подняла взгляд и быстро произнесла: – Понимаете, я слышала!
– Вы хотите сказать, что случайно подслушали разговор…
– Нет. – Мисс Гилкрист покачала головой с подлинно героической решимостью. – Я буду откровенна, тем более что вы иностранец.
Эркюль Пуаро понял ее и ничуть не обиделся.
– Вы имеете в виду, что для иностранца естественно, когда люди подслушивают у дверей, вскрывают чужие письма и читают уже вскрытые?
– О, я бы никогда не стала вскрывать чужие письма, – ответила мисс Гилкрист тоном оскорбленной невинности. – Но я подслушивала в тот день, когда мистер Ричард Эбернети приезжал повидать свою сестру. Мне было любопытно, почему он внезапно объявился после стольких лет… Понимаете, когда не имеешь ни личной жизни, ни друзей, поневоле начинаешь интересоваться делами тех, с кем живешь…
– Да, вполне естественно, – согласился Пуаро.
– Вот и я так думаю… Хотя это, конечно, не совсем правильно. Но я это сделала! И слышала, что он сказал!
– Вы слышали, что мистер Эбернети говорил миссис Ланскене?
– Да. Он сказал что-то вроде: «Не было смысла говорить Тимоти – он просто не стал бы слушать и отмахнулся. Но мне хотелось облегчить душу перед тобой, Кора. Нас осталось только трое. И хотя тебе всегда нравилось изображать простофилю, у тебя достаточно здравого смысла. Как бы ты поступила в таком случае, если бы была на моем месте?» Я плохо разобрала, что ответила миссис Ланскене, но слышала слово «полиция». А мистер Эбернети громко воскликнул: «Я не могу этого сделать – ведь речь идет о моей племяннице!» Потом мне пришлось бежать в кухню, так как там что-то закипело, а когда я вернулась, мистер Эбернети говорил: «Даже если бы я умер насильственной смертью, то хотел бы по возможности избежать вмешательства полиции. Но ты не беспокойся. Теперь, когда я знаю, я приму меры предосторожности». Потом он сказал, что составил новое завещание, обеспечив сестру всем необходимым, и добавил, что, вероятно, ошибался насчет ее мужа, так как она, по-видимому, была с ним счастлива.
Мисс Гилкрист умолкла.
– Понятно, – задумчиво промолвил Пуаро.
– Я никому не собиралась об этом рассказывать. Не думаю, что миссис Ланскене хотелось бы… Но теперь, после того как на миссис Лео покушались сегодня утром, а вы спокойно заявили, что это совпадение… Мсье Понтарлье, это не было совпадением!
Пуаро улыбнулся.
– Действительно, не было, – кивнул он. – Спасибо, что пришли, мисс Гилкрист. Вы оказали мне большую помощь.