«Агитаторы Престона, опытные подстрекатели к стачке, — люди, претендующие на то, что они составляют новое сословие в государстве, и на то, что они выпестовали Рабочий парламент 24?, наконец были оста-
* — Николая I. Ред.
БРИТАНСКИЕ ФИНАНСЫ. — ВОЛНЕНИЯ В ПРЕСТОНЕ 189
новлены. Около десятка из них были арестованы, допрошены местными властями по обвинению в заговоре, выпущены под залог и предстанут перед ливерпульским выездным судом присяжных».
В таких выражениях «Morning Post»248 сообщает о событии249, написать о котором ранее мне помешали некоторые обстоятельства. Обвинение против лидеров основывается на следующем: хозяева послали в Манчестер и уговорили тамошних рабочих приехать в Престон. Большинство этих рабочих состояло из ирландцев. Престонцы встретили их на железнодорожной станции; приехавшие казались воплощением нищеты и несчастья. Примерно 54 человека согласились отправиться в Фармерс-армс 260, где их щедро кормили целый день, а вечером, когда они согласились вернуться, 15 тысяч человек проводили этих рабочих с овациями на железнодорожную станцию. Семеро из них были задержаны предпринимателями и отправлены назад, в Престон, чтобы обвинить г-на Кауэлла и его коллег в заговоре. Теперь, если мы обратимся к [действительным] событиям, то не останется никаких сомнений в том, кто же является под¬линным заговорщиком 261.
В 1847 г. престонские хлопчатобумажные магнаты снизили заработную плату, торжественно пообещав восстановить ее, как только торговля вновь вступит в полосу оживления. В 1853 г., в год процветания, они отказались сдержать свое слово. Рабочие четырех фабрик забастовали, их поддержали своими пожертвованиями те, кто продолжал работу. Тогда хозяева тайно сговорились закрыть свои фабрики и, чтобы осуществить этот заговор, дали обязательство, что каждый вне¬сет 5 000 фунтов стерлингов *. Рабочие обратились с призывом о помощи к другим городам Ланкашира, и поддержка была им оказана. Предприниматели разослали эмиссаров, чтобы убедить й побудить хлопчатобумажных магнатов в дру-гих городах объявить своим рабочим локаут, и преуспели в своих стараниях. Не удовлетворившись этим, они, в противовес аналогичным действиям рабочих, начали в широких масштабах сбор средств. Убедившись в бесполезности всех этих мер, они разослали повсюду своих агентов, чтобы побудить рабочих, их семьи, швей и бедняков из работных домов Англии и Ирландии приехать в Престон. Обнаружив, что эти дополни¬тельные меры не оказывают желаемого действия с достаточной быстротой, они попытались спровоцировать народ на беспо¬рядки. Своим наглым поведением они вызывали у него раздра¬жение. Они запретили митинги в Марше, однако народ прово¬дил их в Блэкстон-Эдже и других ‘местностях, где это также
* В случае, если он (предприниматель) пойдет на соглашение с рабочими. Ред.
190
К. МАРКС
не было дозволено. Они ввели около сотни новых полицейских, привели к присяге специальных констеблей, снарядили пожар-ную команду, поставили войска под ружье и зашли так далеко, что с целью спровоцировать бунт зачитали Акт о мятеже а82. Таков был заговор хозяев, но им не удалось ни в чем преуспеть. Вопреки этим фактам, было выдвинуто обвинение в заговоре, однако не против хозяев, а против рабочих. Кроме того, еще одно обстоятельство дает возможность обвинить предпринимателей в заговоре. Рабочие одной фабрики возобновили ра-боту. И комитет предпринимателей, и Рабочий комитет соответственно потребовали объяснений. Рабочие выпустили плакат с сообщением, что они вернулись к работе при условии определенного уровня зарплаты. Комитет предпринимателей пригрозил владельцу этой фабрики * принять моры, потребовав в качестве штрафа 5 тысяч фунтов стерлингов, которые он обязался внести для поддержки локаута. Владелец фабрики зая¬вил нечто, прямо противоречащее сообщению рабочих, что заставило предпринимателей отступить. Уж если такое обязательство внести 5 тысяч фунтов стерлингов являлось согласно закону заговором, то угроза насильственного его осуществле¬ния тем более. Но это еще не все. Сам обвинительный акт против лидеров рабочих явился результатом сговора престонских судейских чиновников. По сообщению самой «Times», судьи, собирая доказательства, добились этого, привезя в кэбах добавочных рабочих 25s не в Ратушу, где их страшила гласность, а в судебную камеру, чтобы там условиться об их показаниях; и там, под покровом ночи, набросились на избранные ими жертвы.
Однако благоразумие рабочих, не позволивших ни спровоцировать себя на нарушение общественного порядка, ни запугать [настолько, чтобы подчиниться] диктату престонских parvenus **, свело на нет замыслы этих маленьких наполеонов из Ланкашира.