«que les Anglais mêmes ne reconnaissent plus en quoi se distingue leur constitution de celles du continent» (p. 9) ****.
Со времени Георга I английская конституция подверглась изменениям лишь в том, что: 1) изменилось распределение rotten boroughs ***** в пользу вигов, одной из фракций аристократии, 2) промышленная буржуазия в 1831 г. в такой же степени усилила свое парламентское влияние, в какой это сделала финансовая буржуазия посредством glorious revolu¬tion ****** 1689 года. Бруно Бауэр сделал также открытие, что
* — «взять на себя революционное дело Франции. И именно Каннинг за-полнил пустоту. Он поднял в Англии знамя революции, чтобы сделать ее настоящим противником России» (В. Bauer. «La Russie et l’Angleterre», p. 7). Ред.
” — «Я вас: бог Эол». Этим грозным окриком Нептун утихомиривает раз-бушевавшиеся ветры Эола (Вергилий. «Энеида», книга I, строка 135). Ред. *** — «революционной интервенции» (р. 8). Ред. •*** — «что сами англичане не распознают более, чем отличается их консти¬туция от конституций континента». Ред. ,,,,, — гнилых местечек *”. Ред. ..»««» — славной революции. Ред.
БРОШЮРЫ В. БАУЭРА О КОЛЛИЗИИ С РОССИЕЙ 269
«l’abrogation des lois des céréales, comme la proclamation du principe de la liberté du commerce renferment l’aveu que sa suprématie (английской промышленности) est perdue» *.
Эти факты доказывают, наоборот: 1) что интересы промышленной буржуазии одержали победу над интересами земель¬ного дворянства и 2) что английская промышленность не нуж¬дается больше ни в какой другой монополии, кроме монопо¬лии своего собственного капитала, что лишь теперь она может с уверенностью полагаться на свое действительное превосходство. Англия теперь, в начале войны, еще не
«assez dégradée» «pour supporter l’idée offensante d’une alliance avec sa rivale» (p. 10) **.
Англия современной промышленной буржуазии не может же, конечно, не унижая*** себя, заключать союзы, которые противоречили бы интересам и предрассудкам прежде господ-ствовавшего класса. Англия всегда остается «все той же» моральной личностью. Глубокое унижение, которое испытала здесь Англия, доказывается фразой:
«Les peuples ne sauraient oublier leur passé qu’en renonçant à l’ave¬nir» ****.
Как будто постоянное «уничтожение» прошлого не являет¬ся «созиданием» будущего.
Таким образом, будущее питтовской Англии отождествляет-ся с будущим Англии. Как только «народ» побеждает господ-ствовавший прежде класс и тем самым порывает с созданным этим классом политическим прошлым *****, он уничтожает свое будущее.
По мнению Бруно Бауэра, национальная обособленность Англии выражается в ненависти к Франции и vice versa ******. Эту «национальную обособленность» Англии — более ранние феодальные войны между Францией и Англией имели, конечно, совершенно другой смысл — создала лишь «glorious revolu¬tion», и поэтому она «неискоренима». Какое глубокомыслие!
* — «отмена хлебных законов, как и провозглашение принципа свободной торговли, свидетельствуют о признании того, что ее превосходство (английской промышленности) утрачено». (В. Bauer. «La Russie et l’Angleterre», p. 9). Ред.
” — «настолько деградировала», «чтобы примириться с оскорбительной мыслью о союзе со своей соперницей». Ред.
• • * Маркс употребляет здесь немецкий глагол «degradieren» в значении французского «dégrader» («унижать», «позорить», а также «деградировать»). Ред.
• •«• — «Народы, видимо, могут забыть свое прошлое, лишь отказавшись от будущего» (В. Bauer. «La Russie et l’Angleterre», p. 11). Ред.
• ••*• Далее у Маркса зачеркнуто: «он должен естественно перестать существо¬вать в качестве народа». Ред. .»».». — наоборот. Ред*
10*
270
К. МАРКС
Национальная обособленность России проявляется в заключении союзов то с Францией против Англии, то с Англией про-тив Франции… Но Англия и Франция не могут объединиться против России, не отказавшись от «будущего». В сущности Бруно Бауэр хочет доказать, что, за исключением России, национальные особенности европейских государств исчезают, Франция и Англия, олицетворяя «Запад», борются против России. Тем самым они утрачивают свою национальную обособленность. Но разве Россия, Англия, Австрия, Пруссия, Неаполь, Испания не боролись против Франции, олицетворяя собой Европу? И разве они этим не воссоздали вновь свои национальные особенности? Гражданское общество, конечно, не интересует критику. Английское, французское общества претерпевают различные политические превращения. Когда сбрасывается одна из оболочек, то критика ясно понимает, что для этого общества наступает гибель. Что же теперь дока¬зывает, например, наполненная пустой политической болтов¬ней глава о «calculs» и «arrière-pensées des alliés» *, как не то, что эти общества все еще борются с политическими традициями, принадлежавшими одной из предшествующих стадий разви¬тия, и что они еще не овладели той политической формой, которая соответствует потребностям новой стадии развития! А кто поручится ему, что этот союз, как бы ни был он жалок, не является средством для достижения данной, более высокой формы? То, что общество с современным способом производства нуждается в других международных отношениях, чем фео¬дальное, есть тавтология.