С другой стороны, партия порядка вернула себе свои позиции настолько, что Эжену Сю, чье имя не означает ничего или означает очень мало, она противопоставляет имя, озна-чающее все, имя г-на Леклера, буржуазного спартанца в Июньском восстании30. Леклер явился прямым ответом на Дефлотта и прямым провокационным подстрекательством рабочих, более прямым, чем любое другое имя. Кандидатура Леклера для Парижа — это повторение слов генерала д’Опу-ля: «Теперь, господа, если вам угодно выйти на улицу, мы готовы!».
Как видите, повторные выборы в Париже не сулят никаких выгод, а, наоборот, уже причинили значительный вред пролетарской партии. Следует также отметить и такой факт: выборы 10 марта производились по старым спискам; выборы же 28 ап-реля будут проведены в соответствии с новым исправленным спи¬ском избирателей на 1850 г., вступившим в силу 1 апреля;
ПИСЬМА ИЗ ФРАНЦИИ
17
а в этом исправленном списке под разными предлогами вычерк-нуто от двадцати до тридцати тысяч рабочих.
Однако, если на этот раз партия порядка и получит незначительное большинство, она не будет в выигрыше. Факт остается фактом, что при сохранении всеобщего избирательного права управлять Францией она больше не сможет. Факт остает¬ся фактом, что зараза социализма широко проникла в армию, которая ждет только случая открыто начать мятеж. Факт остает¬ся фактом, что рабочие Парижа более, чем когда-либо рань¬ше, охвачены желанием положить конец теперешнему положе¬нию вещей. Никогда раньше они не высказывались так открыто на избирательных собраниях, как на этот раз, пока эти собра¬ния не были запрещены. И правительство, форсирующее свое наступление на всеобщее избирательное право, дает тем самым народу возможность вступить в борьбу, в которой пролетариат бесспорно одержит победу.
VI
[Париж, конец мая 1850 г.] 3l
Если пролетарии стерпят, чтобы у них отобрали избирательное право, они покорятся тому, что сделанное февральской революцией в той мере, в какой это касается их интересов, будет уничтожено. Для них республика перестанет существовать. Они окажутся за ее пределами. Допустят ли они это?
Этот закон наверняка пройдет. Он не будет ослаблен ни на йоту. Воля большинства в этом вопросе уже отчетливо выявилась 8а. И теперешнее положение дел таково, что никто не может сказать, каковы будут последствия — поднимется ли народ и сбросит правительство и Собрание, или же он будет ждать другого подходящего момента. Париж кажется спокойным, нет прямых признаков надвигающейся революции; но будет достаточно искры, чтобы вызвать взрыв громадной силы.
Этот взрыв произошел бы раньше, если бы не предательское поведение вождей, которые заняты лишь проповедью «мира», «тишины» и «величественного спокойствия» 33. Однако это не может продолжаться долго. Ситуация во Франции в высшей степени революционна. Партия порядка не может остановиться на достигнутом. Чтобы удержаться, она должна каждый день продвигаться на шаг вперед. Если этот закон пройдет, не выз-вав революции, партия порядка начнет новые, более неистовые
18
Ф. ЭНГЕЛЬС
и более открытые атаки на конституцию и республику. Партия порядка хочет мятежа, а получит революцию, и к тому же скоро. Ибо необходимо иметь в виду, что это вопрос недель, может быть, дней, но не лет.
VII
Париж, 22 июня 1850 г.
Закон о «реформе» избирательного права прошел, а народ Парижа не шелохнулся. Отмена всеобщего избирательного права не вызвала ни малейшей попытки выступления или демонстрации, и рабочие Франции снова оказались тем, чем они были при Луи-Филиппе: политическими париями без признан-ных прав, без права голоса, без оружия.
В самом деле, весьма любопытно, что во Франции всеобщее избирательное право, с легкостью завоеванное в 1848 г., было с еще большей легкостью упразднено в 1850 году. Впрочем, такие взлеты и падения вполне соответствуют французскому характеру, они — весьма частое явление в истории Франции. В Анг-лии подобное было бы невозможно. Там раз уже установленное всеобщее избирательное право было бы завоевано навсегда. Ни одно правительство не посмело бы посягнуть на него. Достаточно представить, что какому-нибудь министру взбрело бы в голову сделать попытку всерьез восстановить хлебные законы. Он был бы опрокинут гомерическим хохотом всей нации.