26 сентября несколько его сторонников по его наущению предлагают следующую резолюцию: «Поручить секретарю-кор-респонденту» (Джону Хейлзу) «разослать по одному экземпляру нашего печатного органа в Англии «International Herald» всем федеральным советам Товарищества». Выполнив это ре¬шение, он тут же по собственному почину шлет отколовшимся советам письма, которые появляются в газетах «Internationale» (Брюссель), «Bulletin de la Fédération jurassienne», «Federacion» (Барселона) и других; «честный» Джон Хейлз тем самым под-меняет собой федеральный совет.
Что касается его попыток — разоблаченных Марксом и Энгельсом — соединить в своем лице все функции федерального
• К, Маркс a Ф, Энгельс. Редактору газеты «International Herald», Ред.
ПРИЛОЖЕНИЯ
569
совета, то о них можно судить по следующим примерам. На заседании федерального совета 7 ноября Джон Хейлз предложил «осуществить следующее перераспределение обязанностей, а именно — назначить генерального секретаря, который будет ве-сти переписку и финансовые расчеты, составлять официальные отчеты для печати и выступать в качестве представителя совета, и секретаря-протоколиста, в обязанности которого будет входить ведение протокольной книги совета». Но и этого было мало для Джона Хейлза. Он взял обратно свое предложение, и было принято предложение, внесенное его вчерашним врагом, а сего¬дня другом Моттерсхедом, гласившее: «Мы назначаем генераль¬ного секретаря, который будет отвечать перед советом за все дела, касающиеся Товарищества, и обеспечиваем ему ту помощь,, которая может ему понадобиться*. Вот это действительно была централизация, и не удивительно, что Манчестерский федераль¬ный совет сразу же заявил протест против решения Британского совета по этому вопросу.
Джон Хейлз утверждал в своем письме к Юрской федера¬ции, что «Британский федеральный совет запросил у гражда¬нина Энгельса, тогдашнего секретаря-корреспондента для Ис¬пании, адрес Лоренцо», а «гражданин Энгельс формально отка¬зался его сообщить». В своем ответе Энгельс потребовал, чтобы Хейлз подтвердил этот запрос федерального совета соответ¬ствующей выпиской из протокола. Вместо этого Хейлз ссылается на свидетельство своего друга Роча. Чего стоит свидетельство Роча, можно узнать, сравнив его поведение и голосование на Гаагском конгрессе с официальным отчетом о том же конгрессе, представленным им Британскому совету.
В отношении адреса лиссабонского совета, то, как заявил Энгельс, Хейлзу его не предоставили, потому что знали, что «такого рода адреса нужны ему исключительно для личных инт-риг. О подобной сдержанности в отношении других членов Британского федерального совета не могло быть и речи». Что же отвечает Хейлз? Что Энгельс якобы потому отказался сообщить адрес, что Британский федеральный совет не предпринял в связи с португальским делом никаких шагов!
Все той же «честной» преданностью истине отмечен и ответ Хейлза на заявление в письме Энгельса и Маркса, а именно, будто «выполнение им своих обязанностей корреспондента нашло оценку в особой резолюции Генерального Совета при передаче этих функций гражданину Милнеру». Он дает понять, будто это место в протоколе относится к моменту его временного отстранения от должности генерального секретаря. Это отстранение было предложено Подкомитетом (в состав которого
570
ПРИЛОЖЕНИЯ
входил друг Хейлза Юнг) и единодушно утверждено Генеральным Советом. Третейской комиссии Генерального Совета было поручено провести расследование в связи с обвинениями, выдвинутыми против Хейлза, но созыв Гаагского конгресса и по-следовавший роспуск лондонского Генерального Совета про-рвали ее работу; опубликование собранных ею материалов остается sa ней. Однако упомянутое выше место в протоколе относится к совсем другому моменту. На том самом заседании, на котором Хейлз был временно отстранен от должности Генеральным Советом (протокол случайно также вел Юнг), гражданин Эккариус внес предложение о назначении особого секретаря для Англии для оживления переписки с тред-юнионами, кото¬рую Хейлз совершенно забросил. Решение было принято в сле¬дующей измененной редакции: поручить одному из членов Совета вести переписку с тред-юнионами — и для этой цели был назначен гражданин Милнер.
Джон Хейлз старательно избегает повторения своих сме-хотворных утверждений, будто, существование тайного Альянса явилось «изобретением» старого Генерального Совета, или будто этот Совет «пытался организовать обширное тайное общество внутри нашего Товарищества». Но на что Джон Хейлз способен по части честной выдумки, можно увидеть из следующей почтовой открытки, разосланной им по ряду адресов 21 декабря истекшего года: