(Но таким образом оказывается, что те, кто предоставляет правительству деньги взаймы, ссужают не свои деньги, а деньги налогоплательщиков, сами же более или менее освобождены от уплаты налога, что, следовательно, вся сделка оказывается лишь видимостью. Но, скажут нам, налог падает на цену това¬ров и затрагивает каждого в той мере, в какой он является потребителем или предпринимателем. А одним из этих двух каждый имущий является наверняка. Но primo *: мы можем предположить, что предприниматели никогда не ссужают, а всегда берут в долг. Это общее правило. Как же в противном случае мог бы воспроизводиться капитал страны? А если часть предпринимателей, составляющая, быть может, 1/3 их общего числа, вместо того чтобы незанятый в производстве капитал превращать в производительный, применяет свой собственный капитал непроизводительно? Следовательно, случай 1-й — предприниматель — отпадает. Остается еще теперь только потребитель. Secundo **: если заимодавец скуп или потребляет свои дивиденды за границей, то в качестве потребителя он
— во-первых. Ред. • — Во-вторых, Рев,
О КНИГЕ Д. РИКАРДО «О НАЧАЛАХ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЭКОНОМИИ» 137
покрывает лишь незначительную часть повышения цен или не покрывает вовсе никакой его части. Он просто вынудил дру¬гих налогоплательщиков предоставить правительству взаймы 1 000, 2 000 ф. ст. и т. д., например для войны против рево¬люции, хотя они могут относиться к этой войне весьма недоброжелательно. Таким образом, заимодавец не должен платить ни одного сантима из тех денег, которые он предоставляет правительству взаймы. Он ссужает ему только деньги profanum vulgus . A затем потребление этого субъекта не находится ни в каком отношении к той сумме годового продукта нации, которую он по собственному благоусмотрению предоставил в распоряжение правительства. Как распределяется эта сумма, на кого падает налог и как он в неодинаковой степени повы¬шает цены, — все это чисто случайно и, как только дело ка¬сается массы [населения], должно распространяться на потреб¬ляемые ею товары, стало быть, как раз на те товары, в по¬треблении которых заимодавец ex professo * принимает самое незначительное участие. Те люди, для которых предоставление денег взаймы является не предпринимательством, а средством существования, вовсе не принимаются здесь во внимание. Наконец: после какой-нибудь войны и т. д. все падает в цене — как хлеб, так и промышленные товары — по причинам, которые не подлежат здесь рассмотрению. Таким образом, налоговое обложение товара — что в условиях тяготеющего над всем налогового пресса и без того является чисто номинальным — переходит в свою противоположность. Денежная цена всех товаров падает. Таким образом, заимодавец не только ежегодно получает обратно предоставленный взаймы капитал (постоянный государственный долг возмещает ему больше, чем капитал с обычными процентами и прибылями), но и увеличивает свой капитал в равной мере и качественно, и количественно. Таким образом, государственный кредитор не только предоставляет взаймы деньги других, он ссужает эти деньги на самых выгодных для себя условиях, на которых другие никогда не могли бы ссудить их. Другие платят, а он получает деньги обратно. Он обложил нацию налогом, от которого освободил самого себя полностью или в наибольшей части и который превратил в источ¬ник своего дохода. Следовательно, с точки зрения буржуазного радикализма нация даже в политико-экономическом отношении не обязана платить государственный долг. А с революционной точки зрения «il n’en faut pas parler» ***.)
— невежественной толпы. Ред. •• — по роду своих занятий, по профессии. Гед. “ — «об втом не следует и говорить». Ред.
138
К. МАРКС
[VIII — 64] Правда, Рикардо полагает:
Если правительство потребовало от меня немедленно уплатить цели¬ком 2 000 ф. ст., вместо того чтобы я выплачивал по 100 ф. ст. ежегодно, то я, пожалуй, буду вынужден, вместо того чтобы затронуть свой собст¬венный производительный капитал, занять эти 2 000 ф. ст. в долг у част¬ного лица и ежегодно выплачивать ему по 100 ф. ст. в виде процентов (стр. 283—284) [стр. 203].
Плачу я эти деньги частному лицу или правительству — какая разница? Рикардо сам дает ответ:
«Страна беднеет именно вследствие расточительных расходов правительства и частных лиц, а также вследствие займов» (стр. 285—286) [стр. 204].
Однако, любезный, что дает Вам гарантию в том, что правительство, потребовав сразу, например, по тысяче франков с каж¬дого индивида, преуспеет в этой операции? Кто же дает ему, стало быть, средства для «расточительных расходов», как не те самые биржевые и денежные спекулянты, которые знают заранее, что они не только ничего не проиграют при этом, но выиграют, предоставляя взаймы не принадлежащие им деньги остальной массы общества?