— Как ваша хорошенькая племянница?
— В порядке… Передает вам привет.
— Правда? Присматривайте за ней, полковник. Вы еще услышите обо мне. Думаю, что это будет не так уж трудно. Но не пытайтесь заслать кого–нибудь к нам, это слишком опасно.
— Хорошо, я все сделаю. Берегите себя, Мартин. Вы делаете святое дело.
— Пока, — сказал Корридон и положил трубку. Ему было приятно, что Ричи похвалил его. Обычно полковник был скуп на похвалу.
— И все это правда? — прошептала Бабс. — Этот человек — настоящий шпион?!
— Ты ничего не слышала, — сказал Корридон. — Послушай, детка, это опасно, как динамит. Одно твое слово — и ты загубишь и дело, и себя, и меня. Эти люди очень опасны. Их ничто не остановит. Если они что–то заподозрят, то тебе и Хильде конец. Ты должна держать язык за зубами. Ясно?
Твердый взгляд его глаз напугал девушку не на шутку.
— Я ничего не скажу!
— Да, это будет самое лучшее. Никому ни слова, даже Хильде. Теперь ты работаешь для правительства. Эти люди крайне опасны, я уже говорил. Мне жаль, малышка, что я втянул тебя в это дело, но другого выхода не было. Теперь ответственность в какой–то степени лежит и на мне. Если ты не хочешь, чтобы нам всем перерезали глотки, то должна молчать.
Он встал.
— Пошли туда. И не смотри так. Сейчас мы с тобой выпьем, и все пройдет.
Он подошел к двери, отпер ее и заглянул в гостиную.
Никого.
Эмис, очевидно, был еще занят.
* * *
Два дня спустя, когда Корридон занимался в классе, вошел Хоммер.
— Я искал вас, — заявил он, обнажая в улыбке свои желтые зубы. — Через десять минут в моем кабинете состоится заседание. Я буду рад, если вы явитесь туда.
Хоммер продолжал сиять.
— Мы очень довольны вашей работой, мистер Корридон, — продолжал он. — Эмис ценит вас, а ведь он очень редко бывает о людях такого высокого мнения.
Корридон едва скрыл улыбку. Эмис имел причину быть довольным. Хильди хорошо сделала свое дело, и Эмис уже запланировал визит к ним на квартиру в следующую субботу.
«Интересно, надолго ли хватит терпения Ричи, — подумал Корридон. — Все же 20 фунтов в неделю — слишком высокая плата за то, чтобы слышать голос своего агента». Тем более, что ничего нового добавить к своему отчету он пока не мог. Но надеялся, что это совещание даст какие–нибудь дополнительные сведения, которые оправдают 20 фунтов. Иначе придется искать другие пути для связи с Ричи.
Он дал классу задание для зашифровки текста и пошел в кабинет Хоммера. По дороге к нему присоединилась Кара.
— Наконец–то мы поработаем вместе! — сказала она и покосилась на него краем глаза.
— Мы?..
— Так я слышала. Это именно то, о чем я давно мечтаю. Эти дни я мало видела вас.
Корридон промолчал. Он постучал в дверь кабинета, открыл ее и посторонился, пропуская вперед Кару.
Хоммер сидел за столом. Диэстл стоял у камина. Эмис прохаживался по кабинету, заложив руки в карманы. Двое мужчин, которых Корридон не видел раньше, стояли у стены напротив.
— Входите и закройте дверь, — сказал Хоммер. Он махнул рукой Каре, чтобы она села рядом с мужчинами, а Корридону указал на стул у окна. — Садитесь сюда, мистер Корридон. У нас есть для вас работа.
Корридон уселся и с любопытством стал разглядывать двух мужчин. Один из них был невысокий, полный, с маленьким личиком и черными, зачесанными назад волосами. Глубоко посаженные глаза цепко ощупывали Корридона через стекла очков. Фланелевый костюм был помят и грязен.
Его партнер был молод, на вид лет восемнадцати, высокий и стройный. Он был еще более грязен и неопрятен. Сальные черные волосы, спадавшие на левый глаз, явно мешали ему, и он постоянно дергал головой, отбрасывая их в сторону. Таких, как он, полно в Вест—Энде.
Ни одного из них не представили Корридону, и он не знал, что они делают в кабинете Хоммера.
— Мы решили, что Ричи нужно убрать, — заговорил Хоммер. — Вы готовы к этому?
— Конечно, — Корридон утвердительно кивнул головой.
— Значит через 10 дней, то есть 23 мая, он должен исчезнуть. Вас это устраивает?
Корридон снова кивнул в знак согласия.
— А метод? — спросил Диэстл. — Я полагаю, нам надо обсудить его. Хватит времени на подготовку?
— Да, — сказал Корридон. — Метод самый элементарный. Но вся трудность в том, чтобы реализовать его с наименьшими потерями и максимальным эффектом.
— Эти трое помогут вам, — сказал Хоммер, указывая на Кару и двух мужчин у стены. — Это Мак—Адаме, — представил он мужчину в очках. — А это Чичо, — он махнул рукой в сторону молодого. — Оба первоклассные стрелки из пистолета. Лучшей пары вам не сыскать. Машину будет вести Кара.