Название «Кладовая солнца» было найдено писателем не сразу. В архиве Пришвина остались названия, которые автор подыскивал для повести: «Золотая курочка и Мужичок в мешочке», «Друг человека», «Друзья», «Тропа испытаний», «Сладкая клюква», «Правда Антипыча», «Блудово болото». Происхождение названия «Кладовая солнца» Пришвин объясняет в предисловии к сборнику «Весна света»: «Однажды в далеком прошлом я встретил, как находку, в одном ученом исследовании уподобление торфяных болот, хранящих в себе огонь и тепло, кладовой солнца. Ученый не претендовал на измышление художественного образа, он назвал явление точно» (М., «Молодая гвардия», 1953).
Пришвин впервые называет созданную им повесть сказкой-былью. Это жанровое определение было не случайным для писателя, мечтавшего о создании новой сказки, которая жила бы в реальной жизни. «Я хотел создать сказку без Ивана-царевича и Бабы Яги, сделаться современным сказителем», – писал он в 1934 году, уже тогда думая о «сказке, заключенной в категории пространства и времени» (Собр. соч 1956–1957, т. 4, с. 313). Пришвин возражал Каверину, сравнивающему его с Г.-Х. Андерсеном: «Я ответил, что мои вещицы больше сказок: они на глазах у читателей превращают действительность в сказку» (Собр. соч. 1956–1957, т. 6, с. 559).
Действительно, форма сказки оказалась самой подходящей, чтобы, связав времена, поведать о победе высокого человеческого начала в мире.
В «Кладовой солнца» поэтически реализуется мысль Пришвина о единстве человека и природы. Это удивительнейшим образом раскрывается в центральном кульминационном событии повести – спасении Митраши собакой Травкой, обученной ее прежним хозяином человеческому закону – «жить не для себя». Через образ старого Антипыча с его собакой Травкой автор проводит основную идею «Кладовой солнца» «Правда есть вековечная суровая борьба людей за любовь» Недаром первоначальное название «Кладовой солнца» было «Друг человека».
Критика сразу же отнесла «Кладовую солнца» к числу самых замечательных произведений Пришвина послевоенного времени. Повесть стала хрестоматийным произведением, и она включена в обязательную школьную программу.
Текст печатается по Собр. соч 1956–1957, т 5, с уточнениями, сделанными по автографу, хранящемуся в ЦГАЛИ.
Блудово болото – болото вблизи деревни Усолье, под Переславлем-Залесским.
Митраша был моложе сестры на два года, – Прототипами героев были усольские дети Соня и Боря: «Соне лет десять, Боре одиннадцать. Два года тому назад у них мать умерла, а вскоре затем и отец. Все крестьянское хозяйство – изба, огород, корова и мелкие домашние животные остались на детей» (дневник от 7 апреля 1943 г. – М. Пришвин. Повесть нашего времени, с. 303).
Манки – свистки, которые применяют охотники для приманивания птиц.
…шмыгнула к загнетке… – Загнетка – углубление в русской печи, куда сгребаются горячие угли.
…возле сторожки Антипыча… – Антипыч – герой многих произведений Пришвина. Прототипом этого героя был старый лесник Антипыч, живший недалеко от Усолья; Антипыч под именем Антоныча – герой очерков «Берендеева чаща» (наст. изд., т. 4). В. Д. Пришвина вспоминала: «…во время последней войны мы уже не застали лесника в живых. Но через несколько лет он появился у Пришвина в „Кладовой солнца“, опоэтизированный до неузнаваемости» (В. Д. Пришвина. Круг жизни, с. 34).
…Блудово болото, со всеми огромными запасами горючего торфа.. – Об этом отрывке Пришвин писал: «Надо не оставлять найденное мною в „Кладовой солнца“ пользование в рассказе вставкой, как бы новеллой-интермедией. Человеку, конечно, близок тоже человек, а не какой-нибудь торф. Но, затронув интерес к судьбе человека, можно воспользоваться необходимостью передышки и вставить повестушку о торфе, о лесе. Так делал Тургенев, вставляя рассказ о прошлом героя.
Между тем у меня описывается мальчик в болоте, и я пользуюсь интересом к судьбе мальчика, чтоб дать понятие о болоте. Так можно, мне думается, открыть в поэзии дверь для знания и соединить одно с другим в понимании. Этот опыт я хочу сделать во второй части „Кладовой солнца“, где будет изображен северный лес» (Собр. соч. 1956–1957, т. 5, с. 719–720)