Ни в стоимости товаров, ни в сумме стоимости обращающихся товаров ничего не меняется от того, что в этих товарах заклю¬чена прибавочная стоимость, то есть что часть их стоимости ничего не стоила их владельцам и продавцам.
Затруднение происходит лишь оттого, что коль скоро предполагается капиталистическое производство, все находящиеся в обращении деньги первоначально должны были быть брошены в него классом капиталистов.
Как капиталисты, поскольку они функционируют лишь как персонификация капитала, они бросают деньги лишь на обращение капитала — переменного или постоянного, — но не на реализацию прибавочной стоимости. (Хотя, как мы увидим впоследствии, и это происходит в определенных пределах.) Расхожее представление о том, что капиталист X, покупая товар у капиталиста Y, оплачивает последнему стоимость его товара, а следовательно, также и заключенную в этом товаре прибавочную стоимость, в то время как капиталист Ζ оказывает такие же услуги капиталисту X и т. д., — это представление отсылает нас от Понтия к Пилату, оно выражает собой дурной прогресс in infinitum *. Хотя каждый отдельный товар и каж¬дое определенное количество товаров, если рассматривать их
включает в сеоя реализацию также и заключенной в них прибавочной стоимости, тем не менее совокупный годовой продукт, как и продукт каждого отдельного капиталиста, распадается на одну составную часть стоимости, равную с + ν, капитальную стоимость, и другую составную часть стоимости, равную m, прибавочную стоимость. Следовательно, обращающаяся денежная масса, предназначенная для реализации с + v, или С, не является обращающейся денежной массой, предназначенной
* — в бесконечность. Парафраз гегелевского понятия «дурная бесконечность», Ред.
ВТОРАЯ КНИГА. ПРОЦЕСС ОБРАЩЕНИЯ КАПИТАЛА 187
для реализации т. Как для отдельного капиталиста, так и для всего класса капиталистов деньги, которые капиталисты авансируют как капитал (или на которые они покупают рабочую силу и средства производства), отличны от тех денег, которые они расходуют как доход, то есть на личное потребление. Неко¬торые касающиеся этого пункта модификации обнаружатся при более близком рассмотрении механизма обращения, опо¬средствующего воспроизводство. Загадка разрешается просто, поскольку часть находящейся в руках класса капиталистов мас¬сы денег, то есть, попросту говоря, массы денег, находящейся в руках общества, функционирует как денежный капитал, другая часть — служит для обращения дохода класса капита¬листов.
В главе II, 5, например, уже было показано, как сам капиталист, открывающий свое предприятие, может бросить в обращение деньги, которые затем служат реализации его прибавочной стоимости, не как капиталист, а как индивидуальный потребитель. Посредством обращения его капитала — то есть реализации произведенного им товарного капитала — он сно¬ва выуживает эти деньги как средство обращения его до¬хода *.
Но вообще трудность проистекает из двух источников.
Во-первых, если мы будем рассматривать только обращение и оборот капитала, следовательно, если мы и капиталиста будем рассматривать лишь как персонификацию капитала, а не как прожигателя жизни, капиталистического потребителя, то, хотя мы и будем видеть, как он постоянно бросает в обращение прибавочную стоимость, поскольку она образует составную часть его товарного капитала, мы тем не менее никогда не увидим в его руках денег как формы дохода. Мы никогда не увидим, чтобы он бросал в обращение деньги с целью проедания прибавочной стоимости.
Во-вторых, если класс капиталистов в целом бросает в обращение известную денежную сумму — хотя она благодаря обращению одних и тех же денег может быть в любое число раз меньше совокупной суммы годового продукта, в котором реализуется прибавочная стоимость, — то кажется, что он уплачивает эквивалент также и за эту часть годового продукта и последняя, следовательно, как бы перестает представлять прибавочную стоимость. Но прибавочный продукт, в котором представлена прибавочная стоимость, ничего не стоит классу капи-
* Нижеследующие стр. 187—190 данной главы были включены Энгельсом в текст второго тома «Капитала» (настоящее издание, том 24, стр. 539—541). Ред.
188 К. МАРКС
талистов. Как класс капиталистов, он владеет им, потребляет этот продукт безвозмездно, и это не может быть изменено денеж¬ным обращением. Изменение, которое опосредствуется денеж¬ным обращением, заключается только в том, что каждый капи¬талист вместо того, чтобы потреблять прибавочную стоимость непосредственно в форме им самим произведенных товаров извлекает и присваивает из всей массы годового общественного прибавочного продукта всякого рода товары на сумму произ¬веденной им прибавочной стоимости. Но механизм обращения покажет, что если класс капиталистов бросает в обращение деньги на расходование дохода, то он также извлекает из обра¬щения эти деньги и таким образом постоянно может начинать тот же самый процесс; или, рассматриваемый как класс капи¬талистов, он по-прежнему остается владельцем денежной суммы, необходимой для превращения прибавочной стоимости в деньги. Итак, если капиталист не только извлекает с товарного рынка для своего фонда потребления прибавочную стоимость в форме товаров, но в то же время к нему притекают обратно и деньги, на которые он купил эти товары, то ясно, что он безвозмездно извлек товары из обращения. Они ему ничего не стоят, хотя он и уплатил за них деньги. Если я покупаю товар на 1 ф. ст., а продавец этого товара возвращает мне этот 1 ф. ст., то оче¬видно, что я получил этот товар безвозмездно, и постоянное повторение этой операции ничего не меняет в том, что я постоян¬но извлекаю товар и постоянно остаюсь владельцем фунта стер¬лингов, хотя я нуждаюсь в нем для того, чтобы извлечь товар, и постоянно на время отчуждаю свой фунт стерлингов. Капи¬талист постоянно получает эти деньги обратно как превращен¬ную в деньги прибавочную стоимость, которая ему ничего не стоила.