ВТОРАЯ КНИГА. ПРОЦЕСС ОБРАЩЕНИЯ КАПИТАЛА 209
Дестют, класс капиталистов абсолютно ничего не выиграл бы. Он выдает рабочим 100 ф. ст. в качестве заработной платы (при купле рабочей силы) и за эти 100 ф. ст. возвращает рабо¬чему (из собственного продукта того же рабочего) 80 ф. ст. товарной стоимости. Но при следующей операции он опять должен авансировать на ту же самую процедуру 100 ф. ст. Следовательно, он лишь предавался бесполезной забаве, аван-сируя 100 ф. ст. деньгами и доставляя за них 80 ф. ст. това¬рами, вместо того чтобы авансировать 80 ф. ст. деньгами и доставить за них 80 ф. ст. товарами. То есть класс капитали¬стов без всякой пользы постоянно авансирует для обращения своего переменного капитала на 25% больше денежного капи¬тала, что представляет собой совершенно оригинальный метод обогащения.
3) Наконец, класс капиталистов продает
«праздным капиталистам, которые платят им той частью своего дохода, которая еще не израсходована на наем непосредственно ими эксплуати¬руемых рабочих; таким образом, вся рента, ежегодно получаемая ими, так или иначе возвращается обратно к классу капиталистов» (там же).
Выше мы уже видели, что промышленные капиталисты
«частью своих прибылей оплачивают… все то, что составляет их фонд потребления, предназначенный для удовлетворения их потребностей».
Итак, предположим, что их прибыли = 200 ф. ст., или М200. Пусть, например, 100 ф. ст. (или М100) они расходуют на индивидуальное потребление. Но другая половина, рав¬ная 100 ф. ст., или М100, принадлежит не им, а праздным капиталистам, то есть получателям земельной ренты и капи¬талистам, ссужающим деньги под проценты. Следовательно, промышленные капиталисты должны уплатить 100 ф. ст. деньгами двум этим последним. Из этих денег праздным капиталистам требуется, скажем, 80 ф. ст. на их собственное потребле¬ние и 20 ф. ст. на наем прислуги и т. д.
[166] 80 ф. ст. они используют для личного потребления. Следовательно, ца них они покупают предметы потребления у промышленных капиталистов, тем самым от последних удаляется продукт в 80 ф. ст., но в то же время к ним притекают обратно 80 ф. ст. деньгами, или 4/5 тех 100 ф. ст., которые они выплатили праздным капиталистам в виде ренты, про¬цента и т. д.
Далее, непосредственные наемные рабочие праздных капиталистов получили от своих патронов 20 ф. ст. заработной платы. Они покупают на них — тоже у промышленных капиталистов — предметы потребления на 20 ф. ст. Таким образом,
210 К. МАРКС
в то время как от этих капиталистов удаляется продукт в 20 ф. ст., к ним притекают обратно 20 ф. ст. деньгами, или 1/5 тех 100 ф. ст. деньгами, которые они выплатили праздным капиталистам в виде ренты, процента и т. д.
В конце сделки оказывается, что 100 ф. ст. денег, которые промышленные капиталисты выплатили праздным капиталистам в качестве прибавочной стоимости, возвратились обратно к ним, между тем как половина их прибавочного продукта, равная М100 (100 ф. ст.), из их рук перешла в фонд потребления праздных капиталистов.
Итак, ясно, что для решения того вопроса, о котором здесь идет речь, совершенно излишне как-либо включать в игру (принимать в расчет) разделение этих 100 ф. ст. между празд¬ными капиталистами и их непосредственной челядью. Дело обстоит просто: их рента, проценты, короче — та доля, кото¬рая достается им из прибавочной стоимости, из М200, упла¬чивается им промышленными капиталистами в форме денег, в виде 100 ф. ст. На эти 100 ф. ст. они прямо или косвенно покупают предметы потребления у промышленных капитали¬стов. Следовательно, они выплачивают им обратно 100 ф. ст. деньгами и получают у них на эти 100 ф. ст. предметы потреб¬ления.
Таким образом совершилось возвращение к промышленным капиталистам тех 100 ф. ст. деньгами, которые они выплатили праздным капиталистам. Является ли этот обратный приток денег, как разглагольствует Дестют, средством обога¬щения промышленных капиталистов? До сделки у них была сумма стоимости в 200 ф. ст. — 100 ф. ст. в форме денег и 400 ф. ст. в форме предметов потребления. После сделки они располагают лишь половиной первоначальной суммы стоимости. У них опять имеются 100 ф. ст. в форме денег, но они потеряли 100 ф. ст. в форме предметов потребления, которые перешли в руки праздных капиталистов. Следовательно, они стали на 100 ф. ст. беднее, а не на 100 ф. ст. богаче. Если бы ойи вместо такого окольного пути — сначала уплатив 100 ф. ст. деньгами, а потом снова получив эти 100 ф. ст. деньгами в качестве платы за предметы потребления на 100 ф. ст., — если бы они непосредственно выплатили ренту, процент и т. д. в натуральной форме своего продукта, то к ним не возвратилось бы из обращения никаких 100 ф. ст. деньгами, потому что они не бросили бы в него никаких 100 ф. ст. деньгами. При натуральной оплате дело представлялось бы просто так, что они из прибавочного продукта стоимостью в 200 ф. ст. одну половину удержали бы для себя, а другую половину отдали бы