В этот самый момент Энуни и «тень» услышали стук в ворота Двора Короля Великанов.
Кто-то стучал в дверь.
Тук, тук, тук, — после нескольких серий ударов ворота с тяжёлым скрежетом отворились.
Клейн в чёрном плаще, с изогнутым правым уголком рта, первым вошёл во Двор Короля Великанов и стал подниматься по лестнице. Колиан Илиад и другие полубоги с его марионеткой следовали за ним, держась на шаг позади.
Пройдя половину лестницы, Клейн остановился и обратился к Энуни и «тени», стоявшим в нескольких десятках метров от него:
— Прошу прощения, что не дождался вашего «войдите». Возможно, отсюда до ворот слишком далеко, и вы не услышали моего стука. Сами знаете, как джентльмен, я стучу костяшками пальцев, а не бью ладонью.
Едва он закончил говорить, Энуни, до этого не проронивший ни слова, заговорил:
— Ты собираешься сам разобраться с «тенью», а людей из Города Серебра оставить, чтобы они связали меня боем.
— Хм? — Клейн громко и преувеличенно хмыкнул, словно ожидая дальнейших объяснений от Энуни.
Одновременно с этим он поднял левую руку и потёр ею лицо.
Прозрачные, извивающиеся черви внезапно зашевелились: одни вползли внутрь, другие выползли наружу, быстро меняясь местами.
Энуни, чьё лицо было скрыто тенью, а чёрные вьющиеся волосы спадали на плечи, низким голосом продолжил:
— Ты не стал заранее призывать образ из пелены истории, потому что знаешь, что «тень» может призвать проекцию Звёздного Посоха, имитировать способности Ангела Времени, ускорять течение времени и развеивать твоих ангельских помощников. По той же причине и он не готовился. А если ты призовёшь святого, который продержится дольше, он сможет сделать то же самое, и ваши силы уравняются.
— Ненавижу играть в карты с самим собой! — Клейн решительно кивнул в знак согласия и рассмеялся.
Энуни, чьё лицо было размыто и неузнаваемо, окинул взглядом его и трёх полубогов из Города Серебра и сказал:
— Поэтому ты заранее превратил в марионетку стража у ворот, намереваясь использовать его как гирьку, что склонит чашу весов в твою пользу.
— Это его проблема, а не моя. У него, оказывается, нет никого, кого можно было бы сделать марионеткой. Или, может, ты пожертвуешь собой? — с усмешкой обратился Клейн к своей бывшей марионетке Энуни.
Энуни отвёл от него взгляд и посмотрел на Колиана Илиада, Деррика и Ловию:
— Твой план, где ты уравниваешь силы с «тенью» и побеждаешь за счёт марионетки, сработает только в том случае, если они смогут меня сдержать.
Едва он договорил, как на плечах этой марионетки, осквернённой силой из места упокоения Тёмного Ангела, что-то зашевелилось, и из них выросли две головы.
Обе были скрыты тенью и имели чёрные вьющиеся волосы до плеч, но одна казалась молодой, а другая — старой.
Прежде чем Клейн и другие полубоги успели отреагировать, правая часть тела Энуни внезапно отделилась, и «старая» голова унесла с собой треть туловища.
Отделившаяся часть тела быстро зашевелилась и мгновенно восстановилась до целого, а на тени, скрывавшей лицо, проступили глаза с вертикальными зрачками, отливавшими бледным золотом.
Внезапно величественная лестница, ведущая к обители древнего бога, рухнула, превратившись в пустынную, мёртвую равнину. В конце равнины виднелся город с тёмными стенами, поросшими сорняками.
Город Серебра!
Эта сцена была настолько реальной, что сердце Деррика сжалось от страха. Он боялся, что неизвестный враг затащит их, полубогов, в Город Серебра и разрушит его. Ловия же, когда у Энуни выросли две новые головы, застыла, и её тело задрожало, словно она ощутила ауру существа абсолютно высшего ранга.
Колиан Илиад огляделся, скрестил два своих прямых меча, покрытых светом зари, и низким голосом произнёс:
— Это иллюзия.
В этот момент Клейн, чья левая ладонь состояла из прозрачных червей, прикрыл рот, зевнул и с улыбкой спросил у основной части Энуни:
— Во сне ты станешь сильнее? Или это позволит тебе пересечь границу и атаковать? Хм, на твоём месте я бы точно попытался заманить врагов в сон, чтобы они сами вошли в зону моей атаки.
Едва он договорил, как пустынная равнина и далёкий замок исчезли, и снова появилась величественная лестница, залитая светом зари.
В этот момент левая часть тела Энуни тоже отделилась, и «молодая» голова унесла с собой треть плоти.
Тень, скрывавшая лицо этого «существа», быстро сменилась ярким золотым сиянием, а в его глазах, казалось, горели два миниатюрных «солнца».
— «Солнце»? — сначала удивлённо спросил Клейн, а затем согнулся пополам от хохота. — Ха-ха, ты хочешь использовать Царство Света, чтобы разрушить «скрытность в свете» Серебряных Рыцарей? Да, на нашей стороне три Серебряных Рыцаря, и они заслуживают твоего внимания. Но ты подумал о чувствах «тени»? Нет, ты думаешь только о себе! Он — всего лишь чистая тень. Ты знаешь, насколько он ослабеет в Царстве Света?