Недалеко от границы, как переправляться в Корнуаль, их догнал рыцарь Бербес. Письмо от Белинды: она просит Тристана вернуть ей меч.
Тристан передал меч Бербесу, память о своей свободе.
Так меч Тристана попал в руки Белинды. Меч был еще теплый теплотой Тристана. Она поцеловала меч и, отклонясь, ударила себя в грудь.
РАССЕКАЮЩИЙ МОРЕ
В недобрый час вернулся Тристан в Корнуаль. Состоялось его посвящение в рыцари. И торжество еще не закончилось, произошли события, перевернувшие строй жизни — и те, кто не замечал в себе привычку думать, задумались.
Как поутру заказное письмо, распишись, не отвертишься, так нагрянуло из Ирландии посольство, принимай. Не с миром, а угроза.
Верховный ирландский король Ленгиз в который и последний раз напоминает королю Марку о договоре с его отцом Феликсом — дань за семь лет — семь лет Марк кочевряжится, королю ждать надоело — «пусть каждый из них возьмет свою правду через меч на поле».
Во главе посольства Аморольт.
Среди рыцарей смущение: поединок с Аморольтом — кому охота идти на верную смерть и своей гибелью опозорить землю.
— Как бы ты поступил?
— Я?
Говерналь вдруг вырос как тогда, в первый раз увидя королеву Елиабеллу, — выбора нет.
— Я тоже думаю, ты добрый рыцарь.
Тристан объявил королю Марку, выступит против Аморольта.
«Сорвет себе шею и нас погубит, подумал Марк и, взглянув на Тристана запретить, поправился: — такие побеждают».
И когда стало известно решение короля: выступит Тристан, Корнуаль затаился. Хотели верить и жалели.
Один из четырех ирландских рыцарей Гарнот встречался с Тристаном на турнирах у Парамонда, был посредником между Аморольтом и Тристаном.
Произошла встреча.
Аморольт узнал Тристана. С каким презрением ошарили его глаза, казалось, вот повернется спиной — не стоит рук марать! — и вдруг весь переменился: вспомнил карлика Роккетто.
Это заметил Тристан и о себе подумал: смерть ходит около, неужто на этот раз не сдобровать?
«Какая чепуха, карлик! — выпрямился Аморольт, — одно мое прикосновение к его плечу, и он тростинкой погрузнет в землю!»
Место поединка ближайший остров Самсон. Будут только двое, без зрителей, не турнир. Один другому смерть, — не назидательных картинок безразличный скелет и не та, когда говорят «человек умирает», а именная: Аморольт или Тристан.
Гарнот на прощание сказал:
— Если Тристан убьет Аморольта, плохо будет для Ирландии, если же Аморольт убьет Тристана, плохо будет для всего света.
Гарнот глядел далеко.
В назначенный час Тристан приплыл на остров и увидя Аморольта, оттолкнул свою лодку:
— Довольно одной, вернется к себе только один из нас.
И начался поединок.
Кто не видел как колошматятся на улицах — эта кипящая всмятка и орех. Тоже и на иконах пишут, взгляните на единоборство Архистратига с Сатанаилом, как различить, который ангел, а который аггел, один заострившийся кулак.
Все смешалось — без лица, без рук, и чей это меч?
Где Тристан и где Аморольт?
И как одно, оба упали.
На земле, у копыт измученных коней — были бы руки утереться! — различаю: Аморольт с разрубленным черепом и Тристана плечо.
Тристан пополз. А Аморольт — раскинутые руки без выползу, а зацепиться за воздух — человек не птица.
Гарнот усадил Тристана в лодку Аморольта — багряный парус — победоносно плыви домой!
И тот, кто был победоносный Аморольт под черным парусом на корабле, поплыл к себе домой — злая весть!
Спор решен: победа за Корнуалем, а Ирландии — шиш, потри лоб — без дани и позор.
На пристань сбежался народ гуще мух на падаль. У всех одно имя Тристан — Тристан освободитель родины. Кто-то кричит:
— Да здравствует король Корнуаля Тристан!
Ни ответить, он глаз поднять не мог. Так и взяли с лодки и на носилках к королю Марку.
— Победитель!
Тристан раскрыл глаза. И Марк читает: «обреченный».
Ворожеи и ворожейки — все, кто в Корнуале все знает, день и ночь над Тристаном. Рана на плече — огонь, боль вгладывается глубже. Где и кто ему поможет? и пусть бросят его в море — нестерпимо!
Незваная — таких и нельзя ни покликать, ни отозвать, они приходят сами — она пришла, ее узнали по ее зеленому плащу — фея Син.
Она сказала: «В другой стране».
И пошла к морю.
И Тристана вынесли за ней и положили в лодку и с ним его меч.