Григорий поселился в лесу; с людьми ему было б неладно, а звери его не трогали. Боль его поднялась над землей и выговорилась туда — молитвой.
— Кому и о чем молиться человеку, над которым только что распорядилась судьба: все дав, грубо отнять?
— Есть в мире для человека в несчастии единственное прибежище — мать.
Григорий, выброшенный из жизни, раздавленный — молился Божьей Матери, прося направить, указать ему путь — дело кругом обездоленному.
И живет человек в пропаде.
Он просил открыть ему тайну его жестокой доли.
Его молитва к Богородице — вопль настойчиво и неотступно.
И в звоне леса и в реве зверей — повторялись за ним слова его пронзенного сердца.
Случилось однажды, в лес забрели люди и увидели, среди деревьев хибарка. И на хибарке крест. Кому б это? Любопытно. И натолкнулись на Григория: откуда, кто он, и как на их земле поселился?
Григорий только кланялся, ничего не отвечает и так они его и оставили, ничего не добившись.
Григорий испугался, оставаться тут опасно: теперь его отыщут — диковинка любопытна.
И он бросил свою хибарку и пошел — куда приведет дорога.
И дорога привела его на устье Тверцы. Места знакомые, недалеко Тверь.
Он назад. И не помнит, как дошел до своей покинутой хибарки.
Он понял, далеко уходить нечего, но и оставаться на прежнем месте нельзя. И он решил перенести свою хибарку в глубь бора. Так и сделал. В бору безопасно.
В ту ночь на новом месте отдышавшись, уверенный, с единственной молитвой: пусть будет открыта ему тайна его жестокой доли и забылся.
Чистое поле в глазах — не бор, а чистое поле — чистое, пронизанное светом. И свет колеблясь звучит:
О Тебе радуется, Обрадованная,
всякая тварь, слава Тебе.
Пробуждение осенило и сказалось: на этом месте будет дом Пресвятой Богородицы — монастырь Рожества Богородицы.
И на другую ночь он увидел во сне Богородицу.
Издалека он ее увидел с краю, она приближалась. И он узнал ее: она была не Владимирская, не Боголюбская, в простом крестьянском платье Ксении, в руках узелок и посох — странница.
Со скорбью смотрит она на него.
— Поставь церковь и монастырь, — сказала она. Рожества Богородицы — подумал он.
— В честь Успения, — сказала она. — Тебе поможет Ярослав — обратись к нему.
При имени Ярослава Григорий вздрогнул и проснулся; бор шумел и золотой луч солнца сквозь деревья.
Пробуждение было ужасно. Он хотел скрыться в еще более тайном месте — идти просить великого князя о помощи — он не мог. Но за день раздумался — убежать значило бы ослушаться Богородицу.
В тот день в бор зашли по казенным делам слуги великого князя. И сразу узнали Григория и обрадовались: какую весть они принесут Ярославу — три года в безвестности и вдруг нашелся: то-то обрадуется Ярослав, все это время он, не забывая своего любимого отрока, винил себя в его гибели. И прямо ко двору великого князя.
Ярослав узнал Григория и радость осветила его.
Григорий поклонился: прости меня, огорчил тебя.
И рассказал о своей печальной жизни — три года. И о видении Богородицы и о словах Богородицы.
— Прости меня, огорчил тебя, — повторил он и до земли поклонился.
— Наша жизнь была печальной, — сказал Ярослав — три года. Теперь ты снял с меня печаль.
И он просил Григория вернуться ко двору, но Григорий отказался.
И когда Ярослав задумал угостить его, он не прикоснулся к кушаньям, а попросил хлеба.
Ярослав пообещал расчистить место, где укажет Григорий, и поставить церковь — монастырь во имя Успенья.
И все исполнил.
Собралась братия, и среди монахов был Григорий, под именем Гурий.
На освящении храма присутствовал Тверской великий князь и великая княгиня Ксения.
Монах Гурий недолго прожил в монастыре: исполнив назначенное ему, он ушел из жизни, там оттрудить свою земную долю.
У Ярослава родился сын — назвали Михаилом — среди русских князей под татарским игом Михаил Тверской — громкое имя (с гордой мечтой объединить русскую землю).
Вскоре вслед за любимым отроком умер Ярослав.
Ярослав помер по пути из Орды, перед смертью постригся в монахи под именем Афанасий.
Пока не подрос Михаил, тверским княжеством правила Ксения: она и внушала сыну гордую мечту собрать русскую землю и свергнуть татарское иго. В последние годы своей жизни Ксения ушла в монастырь (Софийский) и постриглась, приняв имя Мария.
До смерти она заботилась о Отрочем монастыре Григория. Почасту бывая на службе, украшая первую могилу — свою единственную любовь.
Любовь не захряснет и разлученная, я вижу — печальными путями приведет к встрече — путы судьбы рушатся. Ксению встретит Григорий и они узнают друг друга.