«В 1915 году вышел в Петербурге первый сборник “Стрелец” <...>. В этом сборнике была напечатана любопытная статья Зинаиды Венгеровой “Английские футуристы”.
Рассказывая о своей беседе об английском футуризме с одним из вдохновителей нового движения в английском искусстве Эзрой Паундом, Зинаида Венгерова привела ценный для нашей книги об имажинистах ответ английского “имажиниста”.
— “Мы не футуристы, прежде всего не футуристы. <...> Мы Вортицисты, а в поэзии “Имажисты”. Наша задача сосредоточена на образах, составляющих первозданную стихию поэзии, ее пигмент...” (стр. 93).
Эти слова натолкнули молодую группу русских поэтов, попавшую под перекрестный огонь двух школ: школы символистов и школы футуристов, поэтов, несомненно, ярких образников, принять имя “имажинистов” или “имажистов”. 10-го февраля 1919 года в “Советской стране”, издававшейся короткое время в Москве, был напечатан манифест новой группы» (в его кн. «Имажинизм и его образоносцы: Есенин. Кусиков. Мариенгоф. Шершеневич», [М.:] Орднас, 1921, с. 9; выделено автором).
См. также коммент. к «Литературным декларациям и манифестам» (наст. изд., т. 7, кн. 1).
Как яйцо, нам сбросит слово // С проклевавшимся птенцом... — Заключительные строки поэмы Есенина «Преображение», посвященной адресату.
...«Господи, отелись»... — Строка из той же поэмы. О происхождении этого образа и полемике вокруг него см.: Восп., 1, 265–266, 267–268, а также наст. изд., т. 2.
...желание той зари, которая задирает хвост коровой... — Имеются в виду строки из того же «Преображения»: «Над тучами, как корова, // Хвост задрала заря» (наст. изд., т. 2).
...а теперь... — На этих словах текст обрывается.
<Клюев> оболгал русских мужиков в ~ любви ~ к Китежу ~ по Штейнеру и по Андрею Белому... — О «несуществующем», по мнению Есенина, Китеже см. также п. 99 и коммент. к нему. Влияние же, а тем паче зависимость «религиозно-мистического тяготения» Клюева от соответствующих сочинений Р. Штейнера (и тем более Андрея Белого) здесь явно преувеличены. Известно, напр., нечто обратное: первые встречи и беседы с Клюевым в 1917 г. произвели на А. Белого чрезвычайно сильное впечатление и отозвались (преимущественно как раз в мистическом плане) в его статье «Жезл Аарона» (подробнее см.: Субботин С. И. Андрей Белый и Николай Клюев: К истории творческих взаимоотношений. — В кн.: Андрей Белый: Проблемы творчества: Статьи. Воспоминания. Публикации / Сост. Ст. Лесневский, Ал. Михайлов. М.: Сов. писатель, 1988, с. 390–396). В то же время некоторые произведения самого Есенина («Отчее слово» и особенно «Ключи Марии») несут в себе явный отпечаток как знакомства с теософской литературой, так и бесед их автора с Белым, в т. ч. на антропософские темы (см. коммент. к «Ключам Марии»: наст. изд., т. 5).
...показал любовь к родине с ~ шовинизма: «Деду Киеву похула алый краковский жупан»... — Цитата из стихотворения Клюева «Русь» (в его кн. «Мирские думы», Пг., 1916, с. 28–29), избранная здесь для демонстрации клюевского «шовинизма», на самом деле иллюстрирует прямо противоположное — тягу к единению славянских народов перед лицом общего врага в первой мировой войне. Слово «похула» употреблено здесь в смысле «укор»: стихотворение Клюева написано в дни захвата Польши немецкими войсками, так что «алый жупан» — это одежда поляка, обагренная его пролитой врагами кровью... (См. также полный текст клюевской «Руси».) Видимо, Есенин, вспомнив об этом, зачеркнул написанное — и, в конце концов, так и не дописал свое письмо, оставив его неотправленным.
109. Г. А. Бениславской. 5 октября 1921 г.
Хроника, 2, 246.
Печатается по фотокопии автографа (ИМЛИ).
Я очень и очень бы хотел, чтоб Вы пришли сегодня... — Есенин пригласил Бениславскую 5 окт. 1921 г., в день, когда народный суд г. Орла вынес решение о расторжении брака Есенина и З. Н. Райх (подробнее см. наст. изд., т. 7, кн. 2).
За д... Спасибо. — Имеется предположение о чтении сокращенного слова: «за деньги» (Флор-Есенина Т. — Газ. «Ветеран», М., 1990, 3 окт., № 40; Письма, 103). Племянница поэта Т. П. Флор-Есенина связывала этот долг Есенина с Библией, подаренной им через три дня Бениславской. На Библии та сделала надпись: «Эта Библия Есенина; дал мне на Богословском пер., д. 3, кв. 43 (ныне 46). 8 октября 1921 г.» (Собрание ГМЗЕ). Однако слово «деньги» в личной записке вряд ли нуждалось в сокращении. Вероятнее другое прочтение: «за девственность». Основанием такого прочтения может быть подаренная через три дня Библия в сопоставлении с дневниковой записью Бениславской, сделанной год спустя, 3 окт. 1922 г., когда Есенин был за границей с А. Дункан: «Завтра “его рождение” <Есенин отмечал свой день рождения 4 окт.>. “Спасибо за д.”. 27 лет» (Материалы, с. 110). Из этой записи следует, что «д» Есенин расценил как подарок к дню его рождения.