В 1899 году «Песнь о Гайавате» выходит в Москве в издательстве «Книжное дело» с немногими иллюстрациями художника Ремингтона. Этот вариант, в свою очередь, отличается от варианта «Всходов», иногда возвращаясь к орловскому тексту, а большей частью уходя от него еще дальше.
Проходит почти четыре года, и в издательстве «Знание» Горький издает «Гайавату» в окончательном виде. Бунин получает Пушкинскую премию. С этого момента Бунин перестает работать над улучшением перевода. Многочисленные переиздания «Гайаваты» в последующие годы никаких изменений в тексте не имеют.
Как же работал Бунин над своим знаменитым переводом? Какие элементы перевода признавались им наиболее важными, каковы его принципы работы над улучшением языка поэмы? Максимальная ли точность, наибольшее соответствие с подлинником или что-нибудь иное?
Мы можем проследить несколько изданий «Гайаваты» и увидеть достаточно наглядно, каков характер тех изменений, которые вносил Бунин в орловский вариант.
Если взять издание 1896 года и сравнить его с переводом 1903 года, в первой половине поэмы мы не найдем почти ни одной строфы, не подвергшейся правке Бунина. Много строф переписано заново. Размер «Гайаваты», ее свободный ритм дал Бунину возможность то увеличивать, то уменьшать количество строк в строфе.
Переделки многочисленны. Подчас от строфы не остается, что называется, «камня на камне». Возводится новое, поэтически более совершенное здание.
Переводчик не стремится к буквализму. Нет почти ни одного примера, когда Бунин делал бы изменение, добиваясь большей схожести с оригиналом. Задача улучшения перевода совсем в другом. Это — улучшение русской поэтической речи, большее поэтическое совершенство языка. Отрабатывается стих, усиливается образность речи. Это первая, самая главная задача переделки.
Второй задачей было освобождение от неясностей, от досадных обмолвок первого варианта. Работа этого характера также значительна и весьма заметна.
Наконец, третья сторона — очищение текста от английской транскрипции индейских слов. В орловском варианте много английских слов встречается в тексте — они переводятся в сносках, на каждой странице. Это опять-таки затрудняет поэтическую речь, лишает ее плавности. И притом: если можно без ущерба дать
без немедленного перевода, то можно включить в текст и другие индейские слова также без перевода. Эту трудность Бунин преодолел особым способом. Он отработал новый вариант поэмы таким образом, чтобы перевод слова входил в текст строки. Сохранялся индейский колорит, звуковая выразительность слова и рядом же давалось пояснение «окунь, Сава; Омими, голубь» и т. п. Этот принцип был найден Буниным еще в орловском варианте, но к 1899 году он отработал всю поэму в соответствии с ним.
В орловском варианте вовсе не было списка индейских слов в конце поэмы. Такой список появился лишь в издании 1898 года и (с изменениями) вошел в последующие издания.
Еще одно наблюдение: первая половина поэмы подверглась значительно большей переработке, чем вторая. Текст большинства глав второй половины поэмы изменен меньше. По-видимому, Бунин остался удовлетворен качеством перевода этих глав. Если он начинал с первой главы, то с каждой последующей страницей накапливался опыт переводчика, росло его мастерство.
Орловский вариант поэмы вряд ли бы заслужил Пушкинскую премию, там много «огрехов», а наиболее поэтичные строки еще не были найдены переводчиком. Так, в орловском варианте (газетный текст тождествен тексту отдельного издания) поэма начинается с «Пролога», а кончается XXII главой «Отъезд Гайаваты». В позднейших изданиях «Пролог» заменен «Вступлением», а «Отъезд Гайаваты» — «Эпилогом».
Глава «Жалобы Гайаваты» в позднейших изданиях называется «Плач Гайаваты».
Вот начало поэмы в издании 1896 года:
В издании 1898 года:
В издании 1899 года и позже: