Слыша час своей смерти — «полдневный окликающий голос»... — Отсылка на эпизод из повести Н. В. Гоголя «Старосветские помещики» (1835), когда ее герой — Афанасий Иванович незадолго до смерти днем услышал окликающий его голос умершей жены (см.: Гоголь Н. В. Старосветские помещики // Гоголь Н. В. Собр. худож. произв.: В 5 т. Т. 2. Миргород. М., 1960. С. 39). Ср. в гл. «Райская тайна» кн. А. Ремизова «Огонь вещей»: «Есть в «Старосветских помещиках» автобиографическое: полдневный окликающий голос. Этот голос услышал Афанасий Иваныч, вестник его смерти, слышит и Гоголь и в детстве и перед смертью, когда начнет свой подвиг: сожжет рукописи и откажется от еды» (Огонь вещей. С. 15). Первая отдельная публикация статьи «Райская тайна» — Руски Архив (Beograd). 1932. № 18—19.
С. 16. ...в «Переписке»... — Гоголь Н. В. Выбранные места из переписки с друзьями (1847).
...рукописи сожжены!— принялся за себя... — 11 февраля 1852 г. Гоголь сжег 2-й том поэмы «Мертвые души», а 21 февраля скончался в тяжелом душевном состоянии, по преданию, уморив себя голодом.
...три старца Толстого... — Праведники, персонажи рассказа Л. Н. Толстого «Три старца» (1886). Ремизов высоко ставил философскую основу этой притчи и неоднократно включал ее в программу чтения на своих авторских вечерах. См. свидетельство Н. В. Резниковой: «Слушали жадно: морской ветер, старцы бегут по морю, спросить выпавшее слово молитвы: “Трое вас, трое нас...” (“Три старца” Л. Толстого)» (Резникова. С. 80).
С. 19. Гадальные карты Сведенборга! — Ремизов несколько раз по памяти рисовал колоду из 37 гадальных карт. Сохранилось несколько комплектов его рисунков, полностью совпадающих друг с другом (ИРЛИ. Ф. 256. On. 1. Ед. хр. 54. Л. 1—11; РГАЛИ. Ф.42. Оп. 1. Ед. хр. 44. 37 Л.). См. воспоминания Ремизова о гадании матери, в этом же тексте дано описание названия и значения ряда карт: «“Карты Сведенборга!” <...> И такие карты волшебные были в Москве у моей матери. <...> Мы жили на фабрике и помню, редкий вечер к нам в дом не заходил кто-нибудь из фабричных, черный, и жался на кухне: // — Марья Лександровна, погадайте! // Мать неохотно гадала // Мало она во что веровала, но, кажется этим своим картам “сивенборговским” она верила. По примерам ли на других <...> или ей самой нагадали они ее горькую долю, вот она в них и поверила» (Ремизов А. Гадальные карты. Волшебное // Ремизов А. Россия в письменах. М.; Берлин, 1922. Т. 1. С. 111).
...родился в «сорочке»...— Ремизовская легенда о предначертанной судьбе восходит не только к бытовым фольклорным представлениям, но и к его постоянному литературному источнику — книге: Афанасьев А. Поэтические воззрения славян на природу. В 3 т. Т. 3. М., 1869. Далее цитируется: Афанасьев, с указанием тома и страницы. О семантике верований в «чудесную сорочку», навсегда привязывающую счастливую судьбу, см.: Афанасьев. Т. 3. С. 360—361.
С. 20. ...я был последний — из пяти братьев меньшой. — См. сделанную Н. Кодрянской запись фактической автобиографии А. Ремизова: «Ремизовых четыре брата — было их пять, один умер в раннем детстве» (Кодрянская. С. 73). Последовательность братьев по старшинству: Николай (1872—1936), Сергей (1875—7.11.1921), Виктор (1876—1919), Алексей (1877—1957). Братья соответственно стали прототипами героев романа «Пруд» — Александра, Петра, Евгения, Николая Финогеновых.
С. 20. Наречница — Парка — Норна — Мойра — взятые из мифологий различных стран имена вещих дев — волшебниц, определяющих человеческую «долю» — судьбу. Первоисточник легенды об уколе веретеном, предрешившем судьбу Ремизова см.: Афанасьев. Т. 3. С. 342—353.
С. 22. dessin inconscient (фр.) — бессознательный рисунок.
С. 23. ...разве нареченное судьбою счастье может покинуть человека? Нет, — доля неизбывна... — См. у Афанасьева: «Доля употребляется в народной речи иногда в смысле положительно-счастливой судьбы» (Афанасьев. Т. 3. С. 25).
Русалии. — Ср. толкование Ремизова: «Что такое русалия и откуда пошла она? Русалиями в нашу седую старину, языческую, назывались религиозные обряды, приуроченные к срокам посолонным. <...> С водворением же на Руси веры христианской, когда все боги идольские разошлись кто куда, <...> обряд русальный превратился в мирское игрище-гульбище в первую голову. И стала русалия плясовым музыкальным действием, а разыгрывалась она «людьми веселыми» — скоморохами» (Крашеные рыла́. С. 114—115). Знакомство Ремизова с «русалиями» восходит к труду А. Н. Веселовского «Разыскания в области русского духовного стиха. Разделы I— XXIV» (СПб., 1880—1891), который стал основой ремизовского мировоззренческого и эстетического освоения «отреченных книг» (апокрифов), прямым сюжетным источником сборника «Лимонарь» (1907) и других произведений писателя. Далее книга Веселовского цитируется в тексте (Веселовский. Разыскания) с указанием номера раздела и страницы. В этом труде проанализированы истоки и история бытования «русалий» на русской почве (Веселовский. Разыскания. Разд. XIV. С. 279—286). «Русальскими действами» Ремизов называл собственные драматические опыты (см.: Шиповник 8).