В недрах придворной поэзии зарождается новый, риторический стиль. Признаки отхода от прежней простоты и лаконичности в сторону риторического усложнения проявляются у крупнейших поэтов XI — XII вв.: Катрана Табризи (1010 — 1090) и Асади Гуси (ум. ок. 1070), живших в Азербайджане и Ширване; у газневийских панегиристов — основатели жанра «тюремной элегии» (хабсия)
Масуда Саада Салмана (1046 — ок. 1121), Абу-ль-Фа-раджа Руни (ум. в ИЗО г.) и Адиб Сабира (ум. 1150); у туркестанцев — Ам’ака Бухари (ум. ок. 1148 г.), Ра-шид-и Самарканди (ум. ок. 1150) и др.
Однако полного расцвета новый риторический стиль достиг в творчестве Рашида Ватвата (ум. ок 1182), Анварн (ум. ок. 1170), Хагани (ум. 1199), Захириддина Фарьяби (ум. 1201) и двух исфаханских поэтов — Джамалиддина ибн Абд ар-Раззака (ум. 1192) и сына его Камалиддина Исмаила (ум. 1237).
Панегирическое направление развилось как при центральном сельджукском (позже хорезмийском) дворе, так и в провинциальных центрах — газневийском и туркестанском (ка-раханидским), исфаханском и азербайджано-ширванском. Литераторы нередко переезжали из одного центра в другой . Правитель Табаристана Кай-Каус, автор своеобразного персидского «Домостроя» — «Кабус-наме» («Кабу-сова книга», 1082 — 1083), так сформулировал эстетическую концепцию этого направления: «В стихах не лги чрезмерно, хотя лживая гипербола и является достоинством стиха». Низами Арузи (ум. ок. 1160), автор книги «Маджма ан-навадир» («Собрание редкостей»), известной также под названием «Чахар макала» («Четыре беседы», ок. 1155), считал, что «поэзия — искусство превращать малое в великое, а великое — в малое, красивое облачать в безобразные одежды, а безобразное представлять в красивом обличии». Эта эстетическая коцепция нашла наиболее полное выражение в жанре панегирической касыды, против которой выступали оппозиционно настроенные поэты.
После Фирдоуси эпическая традиция развивалась в поэмах, как бы продолжающих и «дописывающих» «Шах-наме». Они удадао определены чешским иранистом Я. Рип-кой как вторичные эпопеи, которые, по утверждению ученого, все же не вдохновляются великим прошлым Ирана, а ограничены декоративным изображением экзотических, необычайных подвигов героев. Большинство этих эпосов воспевает систанских (от иранской провинции Систан) богатырей: «Гаршасп-наме», «Барзу-наме», «Бахман-наме», «Фарамарз-наме», «Шахрияр-наме» и др. По стилю этот Цикл больше напоминает рыцарский эпос, чем сильно отличается от героической эпопеи «Шах-наме». Первое произведение в этом ряду — «Гаршасп-наме» («Книга о Гар-Шаспе»). Поэма посвящена родоначальникам систанского рода богатырей. Кроме старинных мифологических и эпических сюжетов (победа Гаршаспа над драконом Аждаха и др.), «Гаршасп-наме», как и другие поэмы этого цикла, включает в себя много фантастического — путешествия в дальние края, чудеса на островах Индийского океана, поход за невестой и т. д., — разработанного автором в стиле сказочного эпоса. В некоторой степени источником «Гаршасп-наме» были старинные предания, восходящие еще
к авестийской традиции и последующей доисламской литературе, в частности, к парсийским риваятам (легендам) и другим произведениям, возможно также к «Китаб-и Гаршасп» Абу-ль-Муайяда Балхи.
Заслуживает внимания и поэма «Барзу-наме» о памирском богатыре-хлебо-робе Барзу, внуке Рустама. Есть данные о том, что в полном своем объеме поэма по размерам отнюдь не уступала «Шах-наме» Фирдоуси. Особенно известна та ее часть, которая входит как апокрифическая в приложение к «Шах-наме» и содержит описание начала богатырской деятельности Барзу. Авторство этого замечательного произведения приписывается поэту XI в. Ходжа Атаи ибн Якубу (ум. 1078). Барзу — это, видимо, образ древнего сакско-согдийского героя. Поэма заканчивается тем, что Кай-Хосров жалует Барзу инвеститурой (маншур) на земли Гура и Хирата (Герат), наставляя его быть праведным царем и всегда обходиться справедливо с земледельцами.