ГЛАВА 10
РАЗВИТИЕ ФЕОДАЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЙ
Если до конца X в. феодальные отношения существовали еще вперемежку со значительными остатками общиннородового строя, то в XI — XII вв. они одерживают полную победу на всей территории древнерусского государства. В этот период происходит быстрый рост княжеского, боярского и монастырского землевладения. Киевские князья, считавшие ранее важнейшим средством обогащения военную Дружину (недаром даже князь Владимир говорил: «Не нужно мне много золота и серебра, нужна мне дружина, с ней я добуду и золото и серебро»), теперь интенсивно осваивают земли, и в летописи то и дело можно прочесть о княжьих, боярских и монастырских селах. Княжеские дружинники также не довольствовались уже прежним источником их материального обеспечения — военной добычей и данями. Эксплуатация земли и сидящего на ней сельского населения обещала им гораздо большее вознаграждение, чем рискованные военные походы. Поэтому дружинники охотно осе-Аают на земли, передаваемые им князьями, и развертывают на них свое вотчинное хозяйство. Происходит превращение дружинника-воииа в боярина-землевладельца.
Параллельно образованию боярского землевладения за счет оседавшей на землю дружины шел процесс роста местного, «земского» боярства, выраставшего из местной знати на базе разложения соседской общины.
С конца X в. иа Руси появился новый феодал — церковь, которая уже в XI в. становится крупным земельным собственником.
Рост княжеского, боярского и монастырского землевладения сопровождался безжалостным расхищением общинных земель и превращением вчера еще свободных общинников-смердов в феодально-зависимых людей. Другим путем обращения общинников-смердов в зависимый люд была кабала. В жизни древнерусской общины было немало случаев, когда отдельные общинники в силу тех или иных причин разорялись, выходили из общины, превращались в изгоев и неизбежно становились жертвой кабалы феодалов. Получив от феодала ту или иную материальную помощь, такой разорившийся общинник навсегда становился феодальнозависимым человеком.
Основным источником, из которого мы черпаем сведения об общественно-экономических отношениях Руси в XI —
XII вв., является «Русская правда» — сборник юридических норм, установленных киевскими князьями в XI — XII вв. на основе обычного права того времени. «Русская правда» дошла до нас в двух редакциях — краткой и пространной. Древнейшей из них является краткая редакция, которая в свою очередь состоит из двух частей, так называемой «Правды Ярослава», составленной в первой половине XI в., и «Правды Ярославичей», составленной, по мнению большинства ученых, в 1072 г., после народных восстаний 1068 — 1071 гг.
«Пространная правда» возникла в XII в., она гораздо больше (пространнее) краткой правды, богаче по содержанию и в отличие от нее разделена на статьи.
«Правда Ярославичей» и «Пространная правда» свидетельствуют о широком развитии феодальных отношений в древней Руси XI — XII вв. В исторической литературе давно уже утвердилась за «Правдой Ярославичей» название «Устава княжеского домена». По статьям этой «Правды» мы можем с достаточной полнотой восстановить картину крупного княжеского или боярского хозяйства. Это уже типичное для феодализма замкнутое натураль-
н°е хозяйство, производящее все необходимое для себя и Мало связанное с другими хозяйствами. Оно состоит из Пашен, выгонов для скота, бортных угодий, рыбных «ло-^Ищ» и т д jja СКОТных дворах имелись лошади, коро-свиньи, бараны; в птичниках — куры, утки, гуси и пр. °мимо скотных дворов и птичников, имелись гумна, клети Другие хозяйственные постройки. В «Русской правде» °минаются сельскохозяйственные орудия — плуг, борона.
Это большое и сложное хозяйство имеет своих администраторов — огнищанина, конюшего, подъездного тиуна княжьего, сельского и ратайного (наблюдавшего за пашнями), старост. О размерах таких хозяйств и количестве занятых в них зависимых людей можно судить по данным летописи. Так, летописец сообщает, что на дворе князя Святослава Ольговича находилось около 700 холопов (рабов), имелись специальные погреба, в которых хранилось 500 берковцев меда и 80 корчаг вина; в селах у его брата Игоря Ольговича «дом был добрый, много было вина, меда, а на гумне более 900 стогов».