Робеспьер, член Комитета общественного спасения, вождь якобинцев. Пламенно-ледяной человек с непреклонной волей и незапятнанной нравственностью. Умен, расчетлив и беспощаден.
Камилл Демулен, член Конвента, пылкий патриот-журналист, мечтатель.
Сен-Жюст, ученик Робеспьера, философски настроенный юноша. Красив, женоподобен и жесток. Комиссар армии и член Комитета общественного спасения.
Колло д'Эрбуа, член Комитета общественного спасения. Бывший актер. Жесток, развращен.
Фукье-Тенвиль, публичный обвинитель, назначенный на это место по настоянию Камилла Демулена. Стар, умен, циничен, безобразен.
Герман, председатель Революционного трибунала, основанного Дантоном во время его борьбы с жирондистами.
Геро де Сешель
Филиппо } друзья Дантона.
Лакруа
Лежандр, якобинец.
Симон, ремесленник. Пожилой человек. В вязаном колпаке, в широких рваных штанах. Лицо багровое от чрезмерного употребления красного вина.
Луиза, жена Дантона.
Люси, жена Камилла Демулена.
Анна, жена Симона.
Мари, бывшая аристократка, содержательница тайного игорного салона.
Розалия, кружевница.
Жанна, модистка.
Женщина в черной шали.
Хромая девушка.
Толстая накрашенная женщина.
Нинон.
Торговка.
Вязальщица Робеспьера.
Лионец.
Гражданин в красном колпаке.
Гражданин с черной шапочке.
Гражданин с книжкой.
Гражданин в нитяном парике.
Сторож в трибунале.
Сторож в тюрьме.
Молодой человек с острым носом.
Граждане, солдаты, палачи и др.1
Действие происходит в Париже, летом 1794 года.
Картина первая
Комната Мари, бывшей аристократки. Огромные парчовые рваные портьеры. Кусок облупленной стены. Золотая мебель. Зажженные свечи в канделябрах. За карточным столом – Геро де Сешель, Мари, Камилл Демулен. В стороне Луиза и Люси. В окне, невидимый за портьерой, стоит Дантон.
Луиза. Я боюсь Парижа. Здесь так тесно, так шумно. У меня болит сердце, когда мы сюда приезжаем. Люси. В Севре хорошо? Луиза. Да, у нас хорошо. У нас маленький сад и маленький огород. Муж подарил мне четыре курочки и петушка. Я не покупаю ни салата, ни редиски, ни бобов, у нас все свое. Мы часто гуляем в парке. (Оглянувшись, шепотом.) У нас говорят: многие ночью в парке слышали конский топот и звук рогов, – видели призрак короля.2
Люси. Тише.
Геро (хлопает картами). Мой язык до такой степени истрепан, что не в состоянии произносить любовных слов. Я хочу сказать «люблю», он говорит «смерть». Проклятый язык, – вчера встретил премиленькую девочку и, хоть тресни, упрямо ее звал «вдовой».
Мари. Так что же девочка?
Геро. А ей было все равно – вдова, так вдова… (Хлопает картами.)
Камилл. Кто назвал гильотину вдовой?
Геро. Уличные мальчишки.
Камилл. Люси, ты почему притихла? Тебе скучно?
Люси. Нет, мой милый.
Геро. Вот одно из завоеваний революции. Мы разучились скучать. Да, у нас не скучают в Париже.
Мари. Бью вашего короля.
Камилл. Люси, спой еще раз.
Люси. Ты будешь слушать?
Камилл. Я готов слушать тебя днем, ночью, всегда, моя маленькая сирена. (Встает и приносит ей арфу.) Когда ты поешь, я начинаю верить, что скоро запоет вся земля, все освобожденное, ликующее человечество. Я верю.
Люси. Хорошо. (Настраивает арфу.)
Геро. Камилл все еще говорит о музыке и о человечестве, потому что он журналист. Я презираю людей. Человечество – стадо. Оно умеет только выть и рычать, когда его погладишь против шерсти. Мари, хотите поставить на карту сегодняшнюю ночь?
Мари (смеется). Ставлю мою ночь на даму пик.
Камилл (Геро). А чем ты отвечаешь?
Геро. Чем она хочет. Ста тысячами франков или моей головой – плевать. Мари, ваша дама бита.
Мари. Не разорюсь.
Люси начинает петь. Все слушают. Камилл стоит, положив руку на камин, запустив пальцы в волосы. Входит Филиппо.
Филиппо. Добрый вечер.
Геро. А, Филиппо! Садись, у тебя есть деньги?
Филиппо (оглядывает комнату). Вы здесь поете, веселитесь.
Камилл. Что случилось? Дурные вести?