Тамара Владимировна, прочтите рукопись самым придирчивым образом и, ежели что не так, скажите мне.
Комментарии лучше кого бы то ни было сделаете Вы. Ни однн исследователь не может узнать о жизни Всеволода Вячеславовича столько, сколько знаете Вы.
Очевидно, в конце месяца я приеду в Москву «проверяться» у врачей, и мы увидимся.
Привет всем — Тане, Коме, Мише с чадами и домочадцами.
Будьте здоровы.
Ваш К. Паустовский.
9 августа 1964 г. Таруса
Дорогая Тамара Владимировна!
Спасибо за письмо. Я рад уже тому, что Вы довольны. Некоторая неожиданность, — посылаю Вам вторую папку «Мыслей» раньше первой. Так как-то случилось, что я начал читать вторую папку раньше первой. Думаю, что это не имеет значения, — «Мысли» развиваются совершенно свободно и не подчинены какой-либо последовательности во времени.
«Мысли» — это целый кладезь ума, остроты, эрудиции, прорывов в неожиданные области психологии творчества. Это мысли человека, думающего непрерывно, и в этом их сила и значение. Я чуть-чуть прикасался кое-где к тексту, но некоторые абзацы вычеркнул, — они показались мне сложными для обычного читателя, а кое-где записанными слишком схематично, только «для себя».
Посмотрите, пожалуйста, те места, где стоят вопросительные знаки. Для меня опи неясны, и если их нельзя прокомментировать, то, может быть, их лучше снять.
Насколько я спокойно работал над дневниками и письмами, настолько я колеблюсь сейчас и мне кажется, что-то недоделал или не так оценил, как надо. Может быть, Вы бы дали еще кому-нибудь просмотреть «Мысли»?
Сейчас я читаю первую папку. Читаю медленно, так как побаливают глаза и приходится часто откладывать рукопись.
29 августа 1964 г.
Дорогой Марк Александрович!
Посылаю «Предисловие». Этого, по-моему, хватит. И посылаю «Ильинский омут». Его надо переписать на машинке, — я не успел.
Повторяю даты (точные):
Песчинка. Апрель 1959 г. Ялта.
Уснувший мальчик, 1957 г.
Название для «Однотомника»:
Избранная проза.
Что нового в Москве? Едем только в Англию, — две страны это слишком утомительно. Галка в курсе всех Дел,
Письма для Вас я подбираю.
Приедем, очевидно, числа 15—18-го.
Будьте здоровы. Привет Вашим.
В случае чего — звоните.
8 сентября 1964 г. Лондон
Левушка, дорогой, есть о чем поговорить, когда вернемся в Москву. Изучаем дневной и ночной Лондон (особенно Галка), ездили в Оксфорд и в Стратфорд, а 10-го вечером уезжаем на несколько дней в Париж. Англия — в легком тумане, в яркой зелени. Красивая и сочная страна.
Принимают нас очень сердечно.
Все Вас целуют. Вас и Борю.
К. Паустовский.
Привет всем в «Новом мире».
Живем рядом с Пиккадили (см. на обороте).
21 сентября 1964 г.
Дорогой Володя, — извините, что я так опоздал с заметкой для «Вокруг света», — как всегда, замотался.
У меня к Вам просьба, — не давайте Диму сидеть без дела, — пусть пишет и пишет, — это ему очень нужно. Я буду очень рад, если он «привьется» именно в «Вокруг света».
Из Англии привезу для журнала что-нибудь специфически «вокругсветовское». И свои фото.
Всего Вам хорошего. Большой привет Сапарину.
Такая бешеная жизнь, что до сих пор письмо не отправили. Я страшно рад, что Вы избавились от больницы. Неприятности (см. выше) развеялись, как дым. Прием в Лондоне великолепный — прекрасные статьи, коктейли, поездки. Лондон удивителен, все расскажем. 15-го едем отсюда в Париж, в Москве будем в двадцатых числах.
Целую Вас. Низкий привет Надежде Самойловне и Тане.
Ваш инглиш-мен
К. Паустовский.
Я чувствую себя ве-ли-ко-леп-но.
Лондон 1/Х. Через час едем в Оксфорд.
Напишите, мы можем получить.
29 сентября 1964 г. Лондон
Саммир, дорогой. Спасибо за письмо (с вырезкой из газеты). Лондон по-своему (иначе, чем Париж) великолепен. Англичане очень просты и благожелательны, даже лорды. Вчера был прием «в нашу честь», и я сидел со старым лордом герцогом Веллингтонским.
На днях едем в Оксфорд, а оттуда в Эдинбург. Все тебя и Нину целуют. Все здоровы. Достали для тебя черные рамки. Не забывай Алешу. Пиши на адрес Коллинза.
Обнимаю тебя. Твой К. Г.
4 октября 1964 г. Оксфорд
Саммир, в Оксфорде интересуются Блоком и ждут выхода твоих воспоминаний. В этом же Оксфорде на коктейле появился Рив — восторженный, с женой, — передавал тебе множество приветов. Вчера ездили в Стратфорд в шекспировский театр и были в доме жены Шекспира (см. на обороте).