– И как близко вы были? – спросил он.
– Непосредственно на крыше энергоблока, – вздохнул я и отвел глаза. – Курган уже несколько недель гнал другого Бессмертного, Николая Власика. Тот прекрасно понимал разницу в силах и хотел жить, поэтому боя не принимал. Он убегал, как мог. Пытался спрятаться… бесполезно. Под конец решился на авантюру: чтобы сбросить Кургана с хвоста, он протаранил КПП режимного объекта. Естественно его изрешетили солдаты. Курган за ним. Тоже получил свою порцию семь-шестьдесят два подарочков. Пока переполошенные местные разбирались, связывались, согласовывали, вызывали Органы… Власик ожил и попытался затеряться в сутолоке. Он рванул в глубь территории, надеясь там отсидеться…
– Курган провернул тот же номер, – угадал Маклауд. Я кивнул.
– Не буду описывать всю их беготню, но сошлись они уже на крыше четвертого энергоблока. Я успел как раз к моменту, когда голова стоящего на коленях Власика скатилась к его ногам… Слабенький он был Бессмертный. Уж и не знаю, чего Курган за ним так гонялся… Даже “спецэффектов” особых не было.
– И тут ему бросил вызов ты, – снова угадал Маклауд. Я кивнул и опрокинул в рот содержимое стакана, даже не чувствуя вкуса.
– Что было дальше? – жестко спросил Дункан, не переставая хмурится.
– Я победил, – легкое пожатие плечами.
– И?
– Голова Кургана скатилась, его животворная сила вырвалась на свободу. Меня подняло в воздух, а затем энергоблок взорвался… – снова потер виски я.
– Ядерный взрыв? – уточнил Дункан.
– Нет, слава Дзену, – снова вздохнул я. – Реактор перегрелся и взорвался, как паровой котёл паровоза. Весь энергоблок разнесло. Здание разрушено. Начался пожар. Радиоактивная пыль попала в атмосферу… – Маклауд молча положил свой меч на стол, достал второй стакан, налил себе того же пойла, что и я. Он сел во второе кресло, стоящее в кабинете при этом так ничего и не сказал, но был мрачен, словно туча.
Я тоже молчал. Не знал, что сказать. Там, под Припятью, времени думать не было. Сначала схватка: а Курган оказался очень серьёзным противником – за счет силы, скорости, реакции, длинны рук и меча он никак не подпускал меня к себе с моей короткой в сравнении с его эспадоном катаной. Магия на него практически не действовала, прямо в глаза он не смотрел, рассеивая своё внимание на всё моё тело, как и положено нормальному бойцу. Физической силой он меня даже превосходил. Пришлось изрядно покрутиться, прежде, чем я его подловил. Хороший был бой. Серьёзный.
Потом энергия. Просто море энергии. Взрыв, после которого энергии стало ещё больше. И вся она единомоментно вламывалась в моё тело. Я уже думал, меня разорвет, когда стало ещё хуже: заключенные в теле Кургана “души” ломанулись в меня… Было не до рефлексии. Особенно, когда “спецэффекты” закончились и я рухнул точно в центр развороченного взрывом реактора.
Там в голове билась только одна мысль: “радиация!”. Наверное, со стороны это выглядело нереально глупо, но я прямо там, где упал, едва очухавшись, сел в медитацию. Я ж, Дзен его накрой, Волшебник! И я облажался. А значит мне и выправлять, что ещё можно выправить.
Три часа “дыхательного” транса. Ещё полчаса работы Адского Пламени, которым я выжег до состояния котлована всё, что осталось от четвертого энергоблока. До чистой земли. Так, чтобы не осталось радиоактивных материалов. Чтобы уменьшить загрязнение.
Понятно, что то, что уже ушло в атмосферу, мне не достать. Не хватит сил на такое масштабное “Репаро”. Но то, что было на земле, я сжег. В том числе и соседний, третий энергоблок. На всякий случай. Только после этого я применил восстановление к своей одежде, оружию. Чистящие чары… Затем призвал своего эльфа, “накачал” его “сырой” магией и дал приказ прыгнуть в Америку. Сил ему хватило впритык. Пришлось после “прыжка” снова медитировать и “откармливать” потратившегося эльфа.
Вот только дома я не усидел. Не смог. Аппарировал к Маклауду.
Теперь вот сидели с ним и молчали. Обычный алкоголь плохо берет магов. Именно по этой причине они предпочитают глушить всякие “Огневиски”. Так что я был практически полностью трезв. И был не рад этому.
– Сколько людей погибло? – наконец задал вопрос Маклауд.
– Не знаю, – хмуро гипнотизируя взглядом стакан, ответил я. – Взрыв произошёл в час ночи. Тем более в субботу. На станции не должно было быть много людей. После взрыва я поставил маглоотталкивающий барьер, так что к энергоблоку никто не подходил, пока я медитировал и выжигал всю радиоактивную дрянь, что там осталась… Но вот то, что ушло в атмосферу в момент взрыва… А это несколько тонн, если не десятков тонн радиоактивной пыли. Где и когда это теперь всё выпадет… – Дункан ничего не ответил. Он молча отпил ещё из своего стакана.