Но это ничего не меняло, назад всё равно уже не повернуть.
- Я тебя отпускаю… - прошептал одними губами. Какая глупость, точно пересмотрел в детстве фильмов.
Джерри за поворотом снисходительно улыбнулся.
«Вы ещё обязательно встретитесь. Только ты к тому моменту будешь уже другим».
Глава 21
Глава 21
И длится день, давая свет,
Но смерти матерный акцент
Теперь все время слышу я в любой мелодии.
И тонет в ужасе душа,
И сухо крыльями шурша,
Ко мне подходит не спеша моя агония.
Канцлер Ги, Конец игре (Guillame de Nogaret)©
- Привет.
Это было первым, что Том услышал, открыв глаза и не успев ещё сообразить, что видит перед собой – улыбающееся лицо своего кошмара, который, так же, как и он сам, лежал на боку, но подпирал голову рукой. Карие глаза – точь-в-точь его, но в которых не видел ничего общего со своими, так и лучились то ли от утреннего солнца, то ли от чертей внутри.
- Я тебя ещё не от всего спас, - с ещё более широкой улыбкой, шутя, видимо, а может, издеваясь, сообщило чудовище.
Его задорный тон и улыбка никак не вязались с тем, что Том о нём всегда думал. Но его безупречная открытая улыбка выглядела хуже любого оскала.
Четверо суток спокойствия – всего нескольких часов не хватило до полных четырёх – и вот, кошмар вернулся. В те считанные секунды, что смотрел на него, Том только дважды моргнул, ничего не думая. И сонный ещё мозг решил, что всё это сон – продолжение или новый, просто не имело право не быть им. Том снова закрыл глаза и отвернулся от незваного, самого нежеланного героя сновидения.
Но, проваливаясь обратно в тёпло-тягучую дремоту, не думая – правда это или игра воображения, Том чувствовал, что он не один, что за спиной кто-то лежит – это ощущение не спутать ни с чем, ощущение тепла, что ли, передающееся на расстоянии и улавливаемое неведомыми сенсорами тела, ощущение тяжести тела, которое передавала принимающая его кровать.
Джерри не стал продолжать говорить и пытаться вывести на диалог, но не ушёл, даже когда Том заснул, что случилось быстро, лежал рядом на расстоянии полуметра, думая о своём и разглядывая свою копию, что такое неправильное определение. Они – одно, две стороны одного, связанные столь крепко, что Джерри и сам до сих пор не познал всю глубину этой связи и её хитросплетения. Не раз думал: «Теперь я знаю всё», но всякий раз открывалась новая грань, новый уровень: его, Тома, их.
С того момента, как они разделились, всё стало ещё сложнее. С одной стороны, Джерри прекрасно понимал, что происходит – не зря столько лет штудировал тяжеловесную психиатрию, не упустил и тот редкий, незаслуженно забываемый даже специалистами момент касательно диссоциативного расстройства идентичности, которым стал сам, стали они. Есть три формы протекания расстройства: чередование личностей, что зачастую считают единственной формой и только её ассоциируют с раздвоением личности, так как она наиболее распространена среди пациентов с этим столь редким недугом. Вторая форма – одновременное сосуществование личностей, что в описательном плане можно сравнить со знаменитыми «голосами в голове». Третья форма, самая забываемая и, как понял Джерри по числу упоминаний в литературе, редкая – проекция. Механизм тот же, что и при галлюцинациях – вовне проецируется то, что должно быть и есть внутри, но галлюцинациями такой процесс может считаться лишь в самом общем смысле, поскольку проецируется не образы подсознания, а существующая внутри человека личность. Именно это сейчас происходило у них.
Девяносто процентов вероятности Джерри отдавал за то, что изменением формы протекания расстройства они обязаны Шулейману. Редкая травма головы – а травма была довольно тяжёлая – обходится без хотя бы отдалённых последствий, особенно если в данной области уже имеется надлом. Оставшиеся десять процентов были за тем, что прежние методы сохранения и выживания изжили себя, показали свою недейственность – в последний раз Джерри дважды поставил жизнь и здоровье под удар, пусть и не намеренно, чего уже вполне достаточно – и психика сменила тактику. Но случайностей не бывает, тем более когда речь идёт о человеческой психике и неполадках с ней, даже если на сто первых взглядов кажется, что никакой причины изменений нет, они есть, всегда есть провоцирующий фактор. Потому Джерри и отводил этой версии всего десять процентов, а вероятно, они обе имели место быть и были более чем крепко связаны: прежнее не давало должных результатов, а Шулейман «помог», своими действиями дав тот самый фактор-толчок.